Ярослава Воронцова жаждет узнать правду обо всем, что произошло до ее рождения. Для этого она погружается в глубокую медитацию, где перед ней разворачиваются события минувших дней. Именно они послужили спусковым крючком для запуска конфликта с Небуланом. Ей предстоит понять, что сделало Десмонда Варгаса жестоким автократом и узнать секреты своего происхождения.Эта книга, в первую очередь, о Десмонде Варгасе, Виолетте Спрутовской и Наддин Воронцовой. Вы узнаете, каким образом все сложилось именно так.
На Небулане не хватает крови.
Эти слова застряли в голове молодого альпа, которые его отец произнес в разговоре со своим ближайшим советником. Этот разговор альп подслушал случайно, когда без разрешения забрался в кабинет к отцу, чтобы прочитать секретные фолианты, которые ему, по мнению родителя, изучать рано. Строго говоря, в привычном понимании, он его отцом не был. Небуланцы утратили способность к репродукции, когда подвергли себя трансмагирации, так что для продолжения рода им приходилось проходить через не самую простую процедуру. Для родителей болезненность была такой, что решались на продолжение рода не все небуланцы, однако каста альпов подвергать себя репродукции была обязана – их и так не много. В отличие от вурдалаков, которые даже не понимают, что их размножают.
С носферату тоже отделываются малой кровью – любой альп может навести на него морок и заставить забыть о страшной боли, после чего чета носферату становится счастливыми обладателями потомства. В любом городе всегда найдется альп, который согласится стереть память о боли и получить верного прислужника.
Даже обычные альпы имеют возможность забыть о страшных минутах, если придут за помощью к верховному альпу. Он глава и владеет силой, способной держать морок над всем племенем небуланцев.
Но у этой власти есть и обратные стороны. Одна из них такова, что никто не может стереть память верховному альпу. Поэтому отец наследника всегда помнит, какой ценой он ему достался.
Сейчас наследник сидит под столом и слушает, о чем говорит тец с советником, впитывая каждое слово.
– Мой повелитель, да простит ваше сияние мою скудоумную дерзость, – в который раз начал вещать советник, – но увеличить поголовье на людских фермах не выходит.
Верховный альп, восседающий на большом стуле с высокой спинкой, увенчанной красными пиками, как символами крови, стиснул худосочными пальцами подлокотник. Его иссохшее и исчерченное морщинами лицо, которое наследнику видно в отражении шкафа, исказилось недовольством. Отцу уже больше пяти тысяч лет, но, как бы долго не жили альпы, даже у них есть свой срок, особенно, когда не хватает крови.
– Вы пробовали прикармливать их добавками? – мрачно спросил верховный альп.
– Бесспорно, мой повелитель, – с готовностью ответил советник и поклонился. – Наши заводчики разработали для них отличные корма, но… Сложно сказать, что им не так. Все равно поголовье редеет, мы вынуждены львиную долю поставлять в города-миллионники. Но…
– Что «но»? – грозно поинтересовался верховный альп.
Советник втянул голову в плечи, и без того бледная кожа сделалась совсем белой, он затрясся, но ответил:
– Регионы тоже требуют крови. Стадам вурдалаков требуется кровь, хоть и в меньших количествах, чем носферату, и тем более, альпам. Но без человеческого гемоглобина они усыхают и становятся неспособными выполнять работу.
Наследник под столом напрягся, ожидая, что отец сейчас вспылит и одним взмахом величественной длани расщепит советника, посмевшего рассказать дурные новости. Однако верховный альп издал тяжелый рык, его плечи опали, брови нахмурились, а сам правитель погрузился в глубокие раздумья.
Повисла пауза, которая могла затянуться на неопределенный срок, если бы советник не покашлял. Тогда верховный альп поднял на него взгляд и сделал жест, показывающий, что аудиенция окончена и пускай советник идет на все четыре стороны.
Когда, низко раскланявшись, советник ушел, кабинет наполнился звенящей тишиной, в которой наследник услышал приближение рока. Он ещё не понял, в каком виде он предстанет, но кровь верховных альпов в его венах уже нашептала – его жизненный путь простым не будет.
– Десмонд, – вдруг проговорил верховный альп и наследник вздрогнул, потому что считал себя отлично спрятавшимся. – Подойди.
Скрываться дальше бессмысленно, и молодой альп с виноватым, но хмурым лицом вылез из-под стола.
– Прости, отец, – произнес он и прямо взглянул на родителя. – Я не хотел подслушивать.
– Хотел, – со спокойной уверенностью отозвался верховный альп. – Иди сюда. Не бойся, в этот раз я не стану наказывать.
Юный Десмонд невольно сглотнул и тут же мысленно себя обругал. Наследник верховного альпа не должен страшиться пыток и наказаний. Отец множество раз воспитывал в нем стойкость к телесным ранам, подвергая его изобретательным болезненным процедурам по взращиванию в нем выдержки.
Так что кивнув, он бесстрашно приблизился к родителю. Тот взглядом указал на ступеньку возле себя, а когда Десмонд сел у его ног, неожиданно погладил его по голове. Тактильные проявления чувств в среде альпов считались признаком слабости, и Десмон растерянно поднял взгляд на отца.
