Дождей давно не было, и потому при движении кареты поднималось немало дорожной пыли. Она забивалась во все щели, стояла внутри кареты, и было тяжело дышать – увы, но тут уж ничего не поделаешь, надо терпеть. Что же касается четверых наших сопровождающих, то можно не сомневаться, что к концу пути их одежда пропылится насквозь, только вот до проблем этих людей мне сейчас нет никакого дела.
Невольно вспомнилось о том, что Хаиб, находясь в Синих горах, сумел спрятать от Нлий под покрывалом невидимости весь отряд, с которым прибыл в те места. Наверняка сейчас герцог тоже предпочел бы спрятаться под таким вот пологом, однако то, что без опаски можно проделывать в безлюдных горах, нельзя повторять на оживленных дорогах – здесь колдовство сумеют заметить быстро. В нашей стране не под запретом только лечебная магия (и то далеко не вся), а за применение колдовства можно враз угодить в застенки Святой инквизиции. Я с этими святошами сталкивалась только однажды, и они показались мне людьми занудными и дотошными, не более. Тем не менее, мое мнение о святых отцах вряд ли соответствует действительности, потому как просто так рассказывать страшилки о Святой инквизиции никто не станет.
Не знаю, как называется то место, где мы вечером остановились на ночлег, но было ясно – это не город, и даже не пригород. Скорее, перед нами находился постоялый двор на перекрестке двух дорог, а рядом располагалась небольшая деревушка. Место далеко не из самых лучших, да и само дощатое здание постоялого двора выглядело немного покосившимся – пожалуй, благородный человек вряд ли осчастливит это место своим появлением. Даже вывеска с названием постоялого двора «Лесная поляна» была настолько старой и облезлой, что буквы едва можно было прочесть. Однако мои спутники (чтоб их!) решили выбрать для ночлега место попроще, и их можно понять – им сейчас нужно постараться быть как можно более незаметными, и, по-возможности, не привлекать к себе лишнего внимания. На первый взгляд, они рассуждают верно, но если твою невзрачную с виду карету сопровождают четыре вооруженных всадника, то подобное несоответствие поневоле запоминается.
Хм... – подумалось мне. А ведь можно попытаться сделать нас еще более запоминающимися, тем более что на таких вот невзрачных постоялых дворах частенько присутствуют те, за кем охотится стража. Спрашиваете, для чего эти подозрительные люди просиживают время в таких вот придорожных гостиницах? Ответ прост: у кое-кого из проезжающих при себе немало денег, и таких растяп не помешает потрясти... Откуда я это знаю? Все оттуда же: мое детство прошло на бедных улицах нашего городка, а тамошние детишки много чего знают, тем более что взрослые часто ведут свои разговоры при детях...
Сохраняя все тот же отстраненный вид, я выбралась из кареты, и, сопровождаемая довольно-таки ощутимым тычком в спину, направилась на постоялый двор. Вместе с нами шли и четверо охранников, которых я пока что толком и не рассмотрела. Ничего, это успеется.
Когда все мы вошли в небольшой зал, то оказались в центре внимания внимание всех присутствующих – судя по виду, большей частью здесь находились здешние крестьяне. Что ж, все верно – именно в это заведение после трудового дня заглядывают мужчины из числа тех, кто может позволить себе недорогую выпивку. Похоже, именно крестьяне и были здесь завсегдатаями, ведь далеко не каждый из проезжающих пожелает остановиться в этом покосившемся, неказистом доме. Недаром к нам едва ли не кинулся довольно крепкий мужчина средних лет – хозяин постоялого двора.
– Что угодно господам?
– Уважаемый, нам нужно две комнаты, находящиеся рядом, и ужин... – заговорил Хаиб. Вообще-то я думала, что вести беседу будет герцог Малк, но высокородный господин, судя по всему, решил не снисходить до разговоров с чернью. – Заодно позаботьтесь о наших лошадях и карете.
– Да, конечно, все будет, как вы сказали... – закивал головой хозяин. – У нас как раз найдутся две свободные комнаты, а еще на нашем постоялом дворе имеется неплохой повар! Останетесь довольны! Только вот, достопочтенные господа, не обижайтесь, но...
– Понимаю, нужен аванс, так?
– Верно... – закивал хозяин. – Уж вы меня простите, но...
– Вот... – Хаиб развязал кошелек, и вынул из него серебряную монету. – Надеюсь, этого достаточно?
– Конечно!