Дым. Огонь. Тепло. Однако силы уходят. Ноги уже не чувствуют холода. До источника дыма на карачках часа два пути. Хорошо, нет ветра. Весенний снежок мало помалу заносит тропу. Есть риск сорваться в пропасть, в воду Кафир-дарьи. И неизвестно, что ждет Найдёнова под чужой крышей.
Снег идёт. Под снегом тоже можно жить, можно спать… Спать…
Очнулся Найдёнов от тупого толчка в левый бок под грудную клетку. С трудом разлепил глаза. Перед ним две мутные фигуры с шестами в руках. Что-то говорят…
– Ман дуст, – сказал Найдёнов и окончательно провалился во тьму.
Очнулся в тепле, в неге, так как просыпался в далёком детстве на руках у бабы Лены, на руках у своей дорогой бабулечки Елены Сергеевны. Теплое сладкое вкусное молоко само собой тонкой струйкой наполняло его рот, и ему только оставалось, причмокивая, не открывая глаз глотать его. Найдёнов ещё слышал голос бабы Лены, напевавший ему: «Спи наш Сашенька родной, Ангел твой всегда с тобой!»…
Полусонное забытьё прервал чужой мужской голос. Найдёнов проснулся, резко привстал. Женщина, поившая Найдёнова, не удержала в руках миску, плеснула ему на грудь тёплым молоком.
Снова мужской голос. Найдёнов повернул голову. Увидел только синие штаны да ноги, обутые в самодельные полусапоги-бутуна из ячьей шкуры. Пришлось подняться. Перед ним несколько мужчин. Их лица суровы, но не враждебны. Найдёнов поклонился, поздоровался.
Услышал вторично вопрос на фарси:
– Кто ты?!
– Ман дуст, – ответил Найдёнов.
– Это понятно, – вступил в разговор старший из присутствующих. Седая, коротко подстриженная борода, длинные волосы из-под расшитой золотом тюбетейки-куло. Старейшина!
Мужчина продолжил:
– Каждый голодный без коня и оружия – обязательно друг. Будь у тебя конь и винтовка, ты бы назвался саиб-ханом или эмиром!
– Моё имя Александр или Искандер, как говорят на Востоке. Я русский, – сказал Найдёнов.
Собравшиеся вокруг Найдёнова переглянулись. Ничего не сказали. Молчание затянулось.
Найдёнов решил, что может продолжить. Возможно, от него ждут подробностей.
– Я из Советского Союза. Был в плену, бежал. Мне нужно в Кабул или, по крайней мере, в Сархад. Помогите мне, я смогу отблагодарить вас!
Старейшина знаком остановил речь Найдёнова.
– Не торопись, Искандер-Руси! Мы подумаем. К вечеру объявим тебе наше решение. Если захочешь уйти от нас, не станем задерживать. Тропа свободна. К нам редко кто заходит в гости.
Мужчины ушли. У приоткрытой двери остался юноша. Он что-то мастерил из мягкой шкуры. У очага суетилась женщина. Вошла в дом и, кивнув головой Найдёнову, прошла к очагу вторая женщина, моложе первой.
Найдёнов удивился. Женщины без чадура, без паранжи! В одном помещении с чужим мужчиной. Правда, в присутствии подростка. Всё равно, в семьях, исповедующих ислам, такое поведение немыслимо.
Вывод: эти люди иной веры, не мусульмане. Господи, голова с дырой. Как река называется? Кафир-дарья! И ущелье – так же. Тоже мне, «советник» нашёлся. Учился плохо, занятие по этнографии Афганистана пропустил. Не взял в голову, что и провинция Кафиристан существует. Существовала! Сегодня – Нуристан! А в переводе – Страна неверных. Так, не совсем понятно, какой смысл именно в этом названии для местных племен? Ведь и «шурави» – тоже неверные. А местные «кафиры» – не «шурави». Так кто же? Будешь знать, будешь правильно себя вести. Правильное поведение – поведение, не противоречащее правилам поведения в конкретном обществе. Мысли путанные, но направление взято верное. Мужчины носят длинные волосы как индусы или европейцы, но подстригают бороды. Мгновенная ассоциация: встреча с принцем Королевства Киштвари. И сам он, и его свита тоже носят длинные волосы. Распущенные или подвязанные, но длинные! Связь очевидна! А почему их смутило имя Александр? Та же ассоциация: имя царское! Национальность? Ну, «русский» в концепцию не вписывается… Хорошо это или плохо? Да, здесь не торопятся с выводами. Всегда возьмут тайм-аут на размышление.
Вечер наступил в положенное время, то есть, на заходе солнца.
Хозяйка дома успела накормить Найдёнова кашей из проса-джугары на ячьем молоке. А её сын – подарить Найденову новые мягкие тёплые полусапожки из ячьей шкуры.
Найдёнов вернул женщине пустую миску, поблагодарил на фарси, а на русском сказал:
– Хороша кашка, да мала чашка!
Дверь отворилась, в дом вошел старейшина, сопровождаемый свитой мужчин в том же составе, что и поутру.
– «Однако», отметил про себя Найдёнов, «товарищи принарядились»!
Старейшина в белой рубахе ниже колен, расшитой красным и черным бисером, в белом тулупе, также расшитом шёлком, наброшенном на плечи, с серебряным витым кольцом на шее. Вождь. В его руке пика с длинным обоюдоострым наконечником. В его свите пять мужчин. Одеты просто, но добротно. В руках у каждого русская трёхлинейная винтовка Мосина 1891 года.
Найдёнов встал.
Старейшина торжественно обратился к Найдёнову.
