– Надо думать! – Хмыкнул Таш. – Но тут уж ничего не поделаешь. Если мужик хочет спиться, то он сопьется.
– Таш, – неуверенно вклинилась в разговор Рил, – у меня идея.
Он обернулся.
– Какая?
– Алэй.
– Алэй? – Таш словно попробовал идею на вкус. – Алэй… А если не получится?
– А если не получится, то, что мы теряем, кроме… Алэй?
– Эй, вы о чем? – Забеспокоился Франя.
– Погоди, сейчас увидишь!
Опередив Рил, Саора вышла из столовой, куда ввиду секретности разговора слуг не пустили, и через минуту вернулась вместе с Алэй. Служанка смутилась под оценивающими взглядами и замерла посреди столовой, не зная, куда девать руки.
– Ничего себе! – Франя встал, обошел вокруг нее, внимательно разглядывая. – Кто это? Пожалуй, может сработать!
– Это моя служанка. – Объяснила Рил. – Иди, Алэй, спасибо.
– И заодно какая-то дальняя родственница. – Нехотя добавил Таш, которому сильно не нравилось играть роль сводни для ольрийского князя. Но Рил была права, это может сработать. И на что только не пойдешь ради друга! Самконг с ним за это не расплатится. – Седьмая вода на киселе, королевских кровей у нее с гулькин нос, но Богеру, я думаю, хватит.
– Откуда ты об этом знаешь? – Вскинула брови Рил.
– Альвар для меня проверял на ней свой "родственный" камушек. Он чуть-чуть засветился, я сам видел.
– Почему ты мне не сказал?
– Замотался, забыл. Извини. – На самом деле ему меньше всего хотелось, чтобы его девочка начала относится к Алэй, как родственнице. У нее и так их хоть отбавляй, чтобы вешать на себя еще и служанку с дурным характером.
– Ничего. – Улыбнулась Рил, вспомнив, что Алэй никогда не нравилась ее любимому.
Не удивительно, что он не захотел считать ее родней. – Интересно, она согласится?
– Я поговорю с ней! – Сказал Таш, поднимаясь.
– Нет, нет! – Вцепилась ему в руку Рил. – Лучше я сама!
– Кстати, – напомнил о себе Франя, – Богер, после того, как вернулся из Вандеи, первым делом направился в храм и поручил жрецам признать ваш брак недействительным. Так что он теперь вполне может жениться, а ты свободна, как птичка, Рил!
– Уже нет. – Усмехнулся Таш, снова садясь. – Она уже две недели, как замужем за мной.
– Ни… себе! Рил, солнышко, сдается мне, что ты вообще не можешь быть не замужем! Не за одним, так за другим!
– Франя!!
– Что – Франя? А старого друга подождать на свадьбу никто не додумался?
– Это отец настоял! – Начала оправдываться Рил. – Он не хотел, чтобы про нас сплетничали! Таш и так иностранец.
– Ладно, но праздник вы мне задолжали. Давайте выпьем за вашу семейную жизнь, и отдыхать. Саора, рыбка моя, покажешь, где тут можно приклонить голову усталому путешественнику?
Решив не откладывать дело в долгий ящик, Рил позвала Алэй сразу после того, как Франя отправился "отдыхать" в компании Саоры, а почему-то не уставший Зарк ушел с Ташем смотреть новые корабли. Она немного нервничала перед разговором, не зная, как отреагирует служанка на ее предложение. Алэй была такой правильной, что вполне могла предпочесть рабскую долю поискам счастья где-то за морем.
– Вызывали, ваше высочество? – В дверь просунулась голова Алэй, и у Рил в который раз возникло ощущение, что она ненароком глянула в зеркало.
– Да, проходи.
Алэй вошла, и, глядя на нее, Рил вспомнила, как одно время хотела, чтобы она хотя бы время от времени заменяла ее на долгих и выматывающих примерках. Но потом отказалась от этой мысли. Не хотелось выделять Алэй из других служанок, иначе от ее высокомерия всем стало бы тошно.
– Что угодно вашему высочеству? – Служанка церемонно поклонилась, заставив недовольно поморщиться свою хозяйку.
– Алэй, я же просила вас всех, чтобы, когда мы одни, вы называли меня по-старому: госпожа Рил. Я неясно выразилась, или ты намеренно игнорируешь мою просьбу?
– Совсем нет, ваше… Госпожа Рил. Но это этикет. Это уважение, мое к вам и ваше ко мне. Вы можете обращаться ко мне, как вам угодно, но мое воспитание не позволяет мне проявлять фамильярность.
– Значит, этикет для тебя почти закон, да, Алэй? – Спросила Рил, вглядываясь в лицо, так похожее на ее собственное. Ей вспомнилось, каким наказанием этикет был для нее самой в Ольрии.
– Да, вы правы, ваше высочество. Пожалуй, что почти закон.
– Тогда я, наверное, должна объяснить, почему я не люблю, когда меня называют "высочеством".
Садись, разговор будет долгим.
Вообще-то, слугам в присутствии коронованных особ сидеть запрещалось, и Алэй снова попыталась возразить:
– Ваше высочество…
– Алэй, – перебила ее расстроенная тем, что ей нужно будет вспоминать Ольрию, Рил, – если я услышу от тебя еще одно слово об этикете, я завтра же продам тебя в портовый бордель и прикажу не выпускать оттуда все три года! Будь любезна немедленно сесть и выслушать то, что я скажу!!
Рил никогда не разговаривала со служанками в таком тоне, и перепуганная Алэй, пролепетав:
– Простите, ваше высочество! – Опустилась на краешек стула.
– Ты знаешь, что я уже была замужем там, на материке?
– Да, госпожа Тилея рассказывала, но нам всем было велено держать язык за зубами…
– А за кем я была замужем, она говорила?
