Злата Полянская вот уже пять лет счастлива в браке с Алексеем Блотским, но в сердце живут воспоминания о Витале и той первой весне, которую они вместе провели. Нечаянная встреча и единственная ночь, все меняет вдруг -прежняя жизнь летит в пропасть. Приходится делать нелегкий выбор. Но рядом, как и прежде, остаются те немногие близкие люди, которые живут в Горновки, родная деревня, милые сердцу просторы, большом бабушкин дом и мечты о счастье, которое все так же возможно… Злате Полянской на собственном опыте предстоит убедиться, что сбывшиеся мечты – еще не гарантия счастливой жизни. Но чтобы это понять, придется многое потерять.
Эпиграф
«Там, за зорями, по вспаханным полям стелется дым от осенних костров. Там по пустынным проселочным дорогам ветер гонит пожухлые листья и все кружит их в вихре листопада. Там прозрачнее дали и печальнее мысли. Там алеет калина и молчит старый «ворот» колодца. Там воспоминания хранят былое и о многом молчат распахнутые настежь двери хат. Там, пугаясь безлюдья, ходят друг к дружке ночевать одинокие старушки. Там, под ветхой стрехой, дремлет сказка.»
Оксана Хващевская
Посвящается Алексею Гоману. Спасибо за бессменный образ принца!
Глава 1
Пять лет спустя
– Не, ну не курва! – ядовито заметила баба Нина, ткнув бабу Маню в бок и кивнув в сторону бабы Вали.
Последняя стояла перед зеркалом, подсвеченным лампочками, в роскошной дамской комнате ресторана пансионата и демонстративно расчесывала свои волосы, которые еще вчера были белыми, как снег, а сегодня приобрели каштановый оттенок.
– Ты толькі паглядзі, Маня, як выкрасілась, б…дзь! – Девушки, вы ничего не понимаете! Мы же на такое мероприятие приехали! Нужно ведь соответствовать! Вот я девушка с понятиями, а вы… – невозмутимо отозвалась баба Валя, пытаясь стоять прямо, но удавалось ей это с трудом. Мешал наметившийся горб. Это было у них семейное. Ее мать, покойная баба Дуня, к старости уже не разгибалась совсем, так и ходила буквой «Г» все время, опираясь на палку.
– Ой, змоўкні! Я цябе прашу, не выводзь мяне хоць тут! Девушка! Я табе як дам зараз! Па паняццям яна жыве! А мы, па-твойму, тут што, без паняццяў? – тут же взвилась баба Нина.
– Вы? – удивленно вскинула брови баба Валя. – А какие у вас могут быть понятия, если вы всю жизнь коровам хвосты крутили? А вот я…
– А ты уткі бальным ставіла да падцірала іх… – все больше распалялась баба Нина, задетая за живое.
– А калі ж ты ўспела выкрасіцца так? У лесе ўчора бачыліся, яшчэ сівая была, а цяпер во… – вмешалась в разговор баба Маня.
– А меня Алка вчера покрасила! Я Злату попросила, она мне и купила краску. И теперь вот! Вам не кажется, девочки, что я прямо помолодела?
В семьдесят два года подобное заявление было довольно смелым. Баба Маня так и покатилась со смеху.
– Здурнела ты зусім! – заявила она. – Так, ты глядзі мне тут, багата не жры! А то людзі яшчэ падумаюць, што ты не жраўшы нядзелю. І не пі! Бо я цябе, так і знай, дадому п'яную не пацягну. Астанешся на лаўцы спаць!
– А для чего, по-вашему, я сюда приехала? Конечно, чтобы вкусно поесть и выпить. Ну и еще на людей посмотреть и себя показать!
– От курва! – всплеснула руками баба Нина. Но что-то добавить к этому не успела. Дверь дамской комнаты распахнулась, и на пороге появилась Злата. – Ну как вы здесь? – остановившись, она оглядела старушек. – От памянеш мяне, Златуля, эта курва сябе тут пакажа сёння! – метнув гневный взгляд в сторону бабы Вали, заяви ла баба Нина.
– Ну что вы! – примирительно улыбнулась девушка, догадавшись о баталиях, которые здесь произошли, пока она отсутствовала. – Все будет хорошо! Она подошла к зеркалу и поправила пряди, выбившиеся из высокой прически, которую сегодня ей сделали в одном из районных салонов красоты. Прическа, как и макияж, была в полном порядке. Достав из маленькой сумочки блеск, девушка провела кисточкой по губам. Покрутила головой, отчего позолоченные тонкие цепочки ее сережек, украшенные бирюзовыми камнями, весело затанцевали. В комплекте с сережками был еще и браслет, широкое винтажное переплетение, украшенное большим отшлифованным камнем. Этот гарнитур она нашла в одном минском магазинчике, торгующем бижутерией. И он лучше всего подошел к ее шелковому блестящему платью цвета морской волны, украшенному крупным узором из золотистого и голубого. Это платье с глубоким декольте оставляло руки обнаженными, под грудью оно завязывалось широким поясом, а дальше, до самого пола, струилось легкими 6 переливчатыми складками. К платью Злата Полянская подобрала серебристые босоножки на изящной шпильке. Пребывая на ногах уже не первый час, она чувствовала, что долго так не протянет. В машине на всякий случай лежали туфли из мягкой замши. Если уж станет совсем невмоготу, она собиралась в них переобуться.
– Ой, Златуля, якая ж ты красавіца! – сказала баба Маня, залюбовавшись девушкой. – А мы тут, старыя, абязацельна спорцім табе весь від, куды ж нам з маладымі цягацца!
– А мы не на конкурсе красоты! И я знаю, что без вас мне никак не справиться! Мы уже все обговорили! Вы уж потерпите еще немного, и все останется позади!
– Да мы-та што, Златуль, во як бы эта курва не спорціла ўсё!
– Девушки, перестаньте! – одернула их баба Валя. – Что вы думаете, я девушка без понятий? Я все понимаю! И ничего я не испорчу! Злата, не волнуйся!
– От б…дзь! – не смогла сдержаться баба Нина.
– Златуль, а фатографы будуць? – спросила баба Маня. – Што б нам тады, старым, картачкі на памяць далі! Мае дзеўкі ўпадуць, калі ўбачаць, што баба іх яшчэ і на людзях можа бляснуць!
