— Это вы, дядя Маруко! А я думал…
Маруко был догадливый человек, он понял, что хочет сказать Тамбера, и, не дав тому кончить, проговорил:
— Мы тут с Ривоти отдыхаем в холодке, сынок. И я ей рассказываю о своих семейных делах.
— У вас что-нибудь произошло? — спросил с беспокойством Тамбера.
— А как же. Садись послушай, и тебе интересно будет.
Тамбера присел на камень.
— Ты разве не слыхал, сынок, что Кависта собирается жениться? — спросил его Маруко.
— Нет, не слыхал, — волнуясь, пробормотал Тамбера.
— Ну как же, послезавтра свадьба.
— А на ком он женится? — едва слышно произнес он.
— На Супани, конечно, на ком же еще! — ответила вместо Маруко Ривоти. — Теперь за тобой черед!
Ничего не ответив, Тамбера вскочил, вздохнул всей грудью, будто сбросил с себя непосильную ношу, и быстро зашагал прочь.
Он уже не брел куда глаза глядят. Он шел обратно домой, насвистывая веселую песенку. На пороге его встретила Вубани, кончавшая подметать пол.
— Смотрите-ка, еще утро, а он уже вернулся, — удивилась она. — Что это с тобой сегодня?
Ничего ей не сказав, он не сел, а плюхнулся на топчан. Тамбера понимал, что мать шутит. И лицо его расплылось в улыбке.
— Чему ты так радуешься? — спросила Вубани.
— Скоро у нас в кампунге свадьба, ма.
— Кто же это женится?
— Кависта.
— A-а, ну что ж, ему теперь можно семью заводить, богатый стал. А ты-то с чего развеселился? Тоже невесту подсмотрел?
Тамбера тотчас переменил разговор:
— А поесть нечего, ма?
— Еще не готово.
— Отец в саду?
— Да.
— Пойду и я в сад, помогу ему.
В один миг он буквально кубарем скатился по лестнице во двор. Мать не знала, что и подумать. Она глядела ему вслед, шепча про себя:
— Неужели исцелился? Вот было бы счастье-то…
Если только и впрямь ее Тамбера исцелился, если произошло наконец то, о чем она, Вубани, мечтала дни и ночи, как легко тогда будет ее материнскому сердцу! Вот сейчас здесь перед ной был ее прежний Тамбера. Но можно ли верить, что враг-искуситель совсем потерял над ним власть?
Однако и на другое утро Тамбера пошел с отцом в сад. Правда, Имбата был не особенно обрадован неожиданным рвением сына, так как пользы от Тамберы в саду оказалось мало, но мать вздохнула свободно, надежда её укрепилась.
А еще через день, хотя Тамбера и не пошел работать в сад вместе с отцом, Вубани уже не сомневалась, что от тяжкого недуга ее сына не осталось и следа. В тот день, как только начало смеркаться, к Тамбере зашли три его приятеля, чтобы вечером всем вместе идти на свадьбу. Вубани было приятно смотреть на их веселую компанию, и ей невольно подумалось: «Как счастлива мать, когда ее сын доволен, весел и в окружении друзей».
Когда совсем стемнело, все четверо отправились к дому Кависты. В ночном небе светился узкий серп месяца и мерцали крупные звезды. Они запутывались в густых, шелестящих кронах деревьев и тысячами искр рассыпались по темной, гладкой поверхности моря. Вечернюю тишину разрывала глухая дробь барабана, который звал всех принять участие в праздничном танце.
Четверо юношей ускорили шаг. Настроение у них было отличное: приятно было вдыхать ночную прохладу, болтать и перебрасываться на ходу шутками. Но у дома Кависты их ожидало разочарование. Хотя, по-видимому, здесь готовились к большому празднеству, народу собралось так мало, что ничего интересного не предвиделось.
— Правильно мой брат говорил, что незачем сюда идти, — сказал один из ребят.
— Кависта еще не всех задобрил своими угощениями, — добавил другой.
— Пойдем отсюда, — предложил Тамбера. — Узнали, что он и в самом деле сегодня женится. Чего тут еще делать?
— Верно, — поддержал его первый, — пошли лучше на берег, там хоть с девчонками наперегонки побегаем.
И шумная, веселая компания отправилась обратно. А звезды по-прежнему мерцали сквозь густые кроны. Вот и берег моря. Тихо, пустынно кругом. Лишь всплески волн да стрекот неутомимых цикад уютно наполняли тишину.
— Никого нет, — подосадовал тот, кто предложил пойти сюда.
— Наверно, разбежались по домам, — сказал другой.
— Нет, они… — начал было Тамбера, но тут же умолк: что-то мягко упало ему на голову. Вздрогнув от неожиданности, он снял с головы цветок.
И в тот же миг рассыпался поблизости смех Ривоти и ее подружек, спрятавшихся за выступом скалы.
— Вот они где! Сейчас поймаем!
И ребята бросились к скале. Только Тамбера не последовал за всеми. Опять он остался наедине с собой. Но теперь это не угнетало его. Он был счастлив. Звезды светили в эту ночь только для него, ликовали вместе с ним, ласково ему улыбались. Ему, а не Кависте.
Староста кампунга не ошибся, когда сказал лонторцам, что раз уж ван Спойлт, не любящий тратить время попусту, решил побывать в Грисе, то он отправился туда не ради увеселительной прогулки, а по какому-нибудь важному делу.
Ван Спойлту нужно было повидаться в Грисе со своим старым другом Тен Бринком, который находился на Яве, чтобы охранять интересы голландских купцов. Друзья обрадовались встрече.
— Ну, как успехи, Тен Бринк? — обменявшись с другом крепким рукопожатием, спросил ван Спойлт.
