Спустя неделю после засылки Смирнов-Рябинин начал своё дело на Саратовщине: донесения с мест помогали Антонову хорошо ориентироваться в незнакомых ему пока ещё краях. Выход туда ему нужен был ещё и потому, что тамбовские руководители стали потихоньку выдавливать его из губернии. Попытки были, правда, очень слабые и неорганизованные, но Антонов решил, что пора уже подыскивать пути отхода в случае окружения его частей. И вновь первым на его пути оказался соседний с Борисоглебским уездом Балашовский уезд Саратовщины, в районе сел Верхний Шибряй — Красное Колено. Там он и появился со своим многотысячным отрядом 5 октября. С ходу взял село Макарово, направив туда 200 всадников. Обстреляли волостной военкомат, переполошив всех его сотрудников, выскакивавших из здания военкомата в окна. Похитили штамп и печать волости, сожгли все бумаги, расправившись с коммунистами, евреем-дантистом и начальником почты, найдя у последнего на столе депешу, посланную волвоенкомом своему начальству в Балашов. Расстреляли и оказавших сопротивление милиционеров. Обменяв своих уставших коней на свежих у местных крестьян, через три часа покинули Макарово, продолжив свой путь в направлении Сердобска, заняв при этом несколько районов Балашовского уезда. Сердобск тут же объявили на осадном положении. В городе началась паника.
Находившаяся несколько в стороне от их пути Петроградская коммуна, едва заслышав о приближении антоновцев, в полном составе сама разбежалась. Одновременно, с другой стороны фронта, у станции Тамала, появился ещё один отряд Антонова. Появилась угроза окружения и захвата целого уезда.
Военный комиссар Балашова Колесов, не имея в наличии воинских подразделений, немедленно запросил у Саратова помощи. Штаб красных войск перебазировался из Балашова на станцию Ртищево, чтобы, в случае чего, иметь возможность быстро ускользнуть по железной дороге от поймавшего кураж крестьянского предводителя. В распоряжении у штабистов на станции оказалась и срочно прибывшая из Кирсанова бронелетучка. Губчека выделены два чекистских батальона. И в самом Ртищево началась лёгкая паника: станция осталась без наблюдения, посты, находящиеся у водокачки, что в трёх вёрстах от Ртищево в балке, слишком слабы (всего пять человек), да к тому же охотно вступающие в разговор с любым приблизившимся к ним человеком.
Саратовское губчека выделило для руководства операцией по подавлению антоновского набега заведующего секретно-оперативным отделом Ермилова, вошедшего в состав временного Балашовского реввовенсовета. Он-то и вычислил партизанского контрразведчика Смирнова-Калинина. Однако брать сразу его не стали. Важно было определить все адреса и явки антоновцев, а также их осведомителей в рядах красных частей и советских учреждений.
Антонов начал свой рейд по соседним губерниям с размахом и по всем правилам военного искусства. 80 диверсантов в составе нескольких групп, хорошо ориентирующихся на местности, направил он в Саратовскую, Тамбовскую, Воронежскую и Пензенскую губернии. В каждой группе был старший, каждый человек имел условный значок: в шинели на левом лацкане около петли и крюка продернуты две толстые нитки — одна красная, другая светло-жёлтая. Если же диверсант был в штатской одежде, то нить была только красной. С обратной стороны нитки завязаны так, чтобы было можно быстро их вырвать. Общий пароль — "Шпан". Перед каждой группой Донской, вместе с Ишиным, поставили разные задачи, но общее, что их объединяло — это вербовка в партизанскую армию, вплоть до вступления в РКП. И действительно, впоследствии выяснилось, что к Антонову присоединялись даже коммунисты.
Тем временем, советское командование в Саратовской губернии стало понимать, какую опасность таит в себе рейд тамбовского волка Антонова. В ряде уездов стали вспыхивать беспорядки и крестьяне вливались в Народную антоновскую армию. Из Саратова в мятежные Балашовский и Сердобский уезды направили свежие части. Но несколько сот человек, даже при наличии десятка пулемётов и нескольких орудий, всё равно не могли справиться с несколькими тысячами повстанцев. Они просто не могли за ними угнаться: Антонов всю свою пехоту сажал на лошадей и, постоянно меняя уставших на свежих, преодолевал таким образом до 60 вёрст в сутки.
Одновременно отряд антоновцев численностью до 800 человек появился в Воронежской губернии, в районе Шиповых лесов, где хозяйничали отряды зелёных. На помощь антоновцам пробился и отряд Ивана Колесникова. Правда, вскоре воронежскими чекистами был пойман один из диверсантов, некто Самарцев, близкий приятель Ивана Ишина, который показал, что в селе Манино имеется схрон с большим количеством оружия. Естественно, это оружие чекисты изъяли.