Тамерлан: Эпоха. Личность. Деяния полностью

Достоинство его величия есть феникс, обитающий на Кафе почета. Птице, выставляемой им в качестве приманки, не делается объяснений охоты никаким вразумлением и никаким воображением. Его чистое сердце есть перл, происшедший из глуби моря величия; предопределенные ему свойства невозможно взвесить на весах сравнения. Первая добыча, которая попала в сет бытия, было его бесподобное существо, а первый цвет фруктовых деревьев, который стал распускаться в саду творения, была его драгоценная душа. Сказал посол Аллаха: «да благословит его Аллах и да приветствует!» — «Я был пророком и человеком, чтобы быть брошенным между водою и глиною».

Ноги воображения и руки мысленного представления далеки от сфер его величия и от подножия его высокого положения; высота его степени заставила сесть на наименее почетные места небесные звезды; небесный мир находится в подчинении его выдающихся помыслов; высокая точка двух ярких звезд Фаркадайна — подножие достоинства неба его могущества; его великодушная мысль осведомлена о тайнах неба и о секретах судьбы; блеск его благословенного лица есть зеркало божественного искусства.

Перед его пророка высокою энергией всё иное, кроме Аллаха, есть фантастическая точка и ничего не стоящий атом. Перед солнцем его величия и по сравнению с высотою его нравственных принципов государь планет в положении высокого Алькора, этот продукт двух миров, — ничтожен. Оба мира по отношению к накрытым столам его благодеяний и милостей являются тем, что бог послал.

Во время его пророческой миссии проявились разные чудеса, вроде того, что луна раскололась надвое, заговорило дерево и, двинувшись со всеми своими корнями, приблизилось к нему, а затем по его приказанию возвратилось опять на свое место; произнесли хвалу Аллаху мелкие камни, бывшие в его руке; вода вышла из его благословенных пальцев в таком количестве, что тысяча пятьсот человек его сподвижников совершили ею омовение, насытились ею досыта; напоили четвероногих и удовлетворили свои прочие нужды; он насытил незначительным количеством пищи «людей рва» в доме Джабира, сына Абдаллаха Дисари; посмотрел на Сурака, сына Малика, и разверзлась земля ц поглотила его с конем. Он обратил в бегство многочисленное войско, бросив в него одну горсть песку. Как сказал всевышний творец: «Не вы убивали их, Аллах убивал их, не ты бросал песок, когда бросал его, но Аллах бросал его и поражал». Сухой колодец в местности Худайбийа от остатка его омовения и путем погружения в него копья пророка стал полон воды; заплакал столб во время перемещения кафедры мечети; заговорила шкура отравленного барана: «Не ешь моего мяса, ибо я отравлен!» Имеются и другие предания о событиях и деяниях его, например, о том, что все сокровища персидских царей и римских кесарей растрачиваются на пути к всевышнему истинному господу, что Йемен, Сирия и Ирак оказываются покоренными пророком. Вообще чудеса посланника — да благословит его Аллах и да приветствует! — неописуемы и неизъяснимы. Наиболее великое из всех чудес — преславный Коран, благородная книга и великое творение, озарение сердец людей, знакомых с исламом, и зеркало души познавших его, светильник в груди исповедующих единство божие, и успокоение страдальцев, целительный пластырь для болящих, и весна души друзей предвечной истины, предписание для царей и пример, достойный подражания для всех счастливцев мира, указание и доказательство для высокодостойных имамов и ученых теологов. Каждая буква преславного Корана есть светоч, возженный от величайшего света, он есть солнце, взошедшее с востока хакиката и поднимающееся в своем движении по небу величия. Всё, что является качествами созданий и огорчениями рода человеческого, закрывается тем светом Корана, и пока это его покрывало находится па месте, преступно стремиться к устранению его света.

Из всех чудес посланника людей и духов — да почиют на нем благословения Аллаха и его приветствие! — одно проявлено в наше время по предыдущим словам о помощи роду человеческому: дарованы знамена правой вере наличием существования солнцеподобного, могущественного, как небесная сфера, и победоносного государя, который просторы мира ввел в сферу своей власти и прочно заделал усилиями своих воззрений ту щель, которая обнаружилась в руководящих правилах мусульманства вследствие злополучных новшеств разных философов. Будучи осчастливлен божественною помощью, он поднял до вершины кипариса значение мусульманской церкви, благословением божественного блеска возжег лицо веры избранника Мухаммада, которое уподобилось напоенному красному тюльпану. Он обласкал и взлелеял людей истинной веры и увеличил беды, потери, Унижения и ничтожество еретиков и богоотступников.