Одноклассникам досталась возможность сыграть легенду про Орихимэ и Хинобаси на традиционном японском празднике Танибата. И всё было б спокойно, если бы Цудзи Ёко тайно не любила одноклассника и ненавидела его вслух.
– Совсем скоро 7 июля, а это значит, что вот-вот наступит Танабата1, – весело сказала учительница. Нам всем нравится этот праздник лета, любви и фейерверка. – Нашей средней школе города Атами в этом году выпала возможность показать легенду на городской сцене прямо перед началом фейерверка. Эта уникальная традиция, которую мы должны чтить. Ученики, которым достанутся главные роли, будут освобождены от дополнительных домашних заданий на всю неделю, – в классе тут же стало шумно, всех заинтересовала такая возможность. – Выступление на городской сцене – это шанс, который выпадает очень-очень редко. Здорово, что именно вашему классу достанется эта обязанность. Есть ли среди вас желающие поучаствовать в представлении?
Естественно, больше половины класса подняли руки. Учительница на нас посмотрела, как на стопку несвежей рыбы, ища более свежею. Она нахмурила брови и о чём-то задумалась. В такие моменты она менялась в лице. Из нежного женского получалось хмурое морщинистое лицо, которое пугало нас. Она напоминала злую ведьму, которая вот-вот заколдует всех или выбирает кого съест на обед.
– Необходимо всего 4 человека. Чтобы борьба была честной. Сейчас вы будете выходить к доске и пересказывать по памяти легенду. Покажите все свои актёрские таланты. Устроим кастинг. Над точностью легенды не задумывайтесь и помните, что у каждого легенда может отличаться, ведь мы все разные. В каждой семье легенду о Орихимэ и Хинобаси рассказывают немного по-другому, и мы должны это принимать и не спорить.
Все желающие ученики стали выходить к доске и вспоминать легенду. Кто-то активно размахивал руками, другие тянули одну букву, словно зависали как старый компьютер. Девушки старались показать нежность в тексте, а мальчики – силу, старательно убирая самые романтические моменты. Я рассказала легенду, ни на что не рассчитывая, но ярко представляла себя в роли принцессы Орихимэ, а Канэко Шина в роли пастуха Хинобаси.
– Значит так, на роль Орихимэ подойдёт Нагай Рэй, – это моя лучшая подруга, с которой мы жили по соседству и дружили с раннего возраста. – А на роль Хинобаси, ну пусть будет Канэко Шин, – меня передёрнуло от этого. Моя лучшая подруга будет вместе с человеком, которого я ежедневно призираю, но тайно люблю. Я не могу сдержать оскорбления в его сторону, они сами вылетают из моего рта. – А на роли рассказчиков подойдёт Огава Хиро и Цудзи Ёко.
Она назвала моё имя. Она действительно сказала: «Цудзи Ёко». Я буду стоять на одной сцене с ним, с этим красивым парнем Канэко. Я думала, что не смогу этого сделать. Мне не хватит сил. Я буду смотреть вблизи, как гениально играет свою роль Шин, Канэко Шин, но сказать, что он лучший, я не смогу. Плюс я осознала, что нам предстоит быть вместе на репетициях, а это значит, что я могу сильно обидеть его своими словами.
Всё это отпала. Самое главное, что я буду рядом с ним. Беда была в том, что Нагай Рэй будет его напарницей. Мы с ней хоть и подруги, но я не смогу вынести момент их объятий или даже поцелуя. Она должна будет его поцеловать, она будет играть его любовь.
После учёбы мы остались в классе дежурить и писать сценарий легенды. Каждый год ученики города ставят легенду по-своему. Что-то добавляют, что-то убирают. В общем, стараются пересказать знаменитую легенду, но по-новому. Наши старики хоть и против изменений традиционных слов, но мы новая молодёжь Японии, хотели новые слова.
Наш классный кабинет был светлым. У него были белые стены и деревянный паркетный пол. В кабинете стояли индивидуальные парты, зелёная доска и книжные полки. Больше всего мне не нравилось вытирать пыль с этих книжных полок, на которых лежали учебники. Это мог быть обычный класс, если не вид из окна. Под окном стояла сакура, которая весной, в начале учебного года, активно цвела и создавала необыкновенную красоту. Вдали из окна виднелся пляж и наш залив Сагами.
– Может, сделаем бумажных лебедей? – предложил Шин. – Сделаем оригами и из них построим мост, будет очень эффектно. Только нужно сделать очень много птиц.
– А ты дурак или просто решил глупость сказать? – нагрубила я и сама пожалела об этом, но остановить себя уже не могла. – Ты вообще можешь своей тупой головой вообразить это? Какие лебеди? Вообще, причём здесь лебеди? Ты сам как гадкий лебедь, только вот красавцем тебе никогда не быть.
– Ну, если не лебедей, то журавлей. Можно сделать не из оригами, а акварелью нарисовать больших птиц и вырезать их.
– Ты этим будешь заниматься? Я от этой идеи отказываюсь. Эта отвратительная идея, такая же мерзкая, как и ты.
