Только существо меня не понимало. Мои команды открыть приёмных пазух для загрузки эотулов в буквальном смысле натыкались на стену отчуждения. Димон вдруг понял, что я общаюсь с существом, которое, вероятно, родом из его мира. То есть таким же, как он сам. Потому через меня вдруг обрушился целый ворох образов на разум этой живой фабрики. И это дало результат.
Как объяснить, что было дальше? Представьте, что вы общаетесь с неподкупным стражем. Тот никак не реагирует на ваши слова, не принимает аргументы и тупо говорит лишь о полученном приказе. И так по кругу, но вдруг рядом оказывается невзрачный бродяга, который подходит к служаке и начинает общаться по-свойски. Потому что они из одного населённого пункта и, вероятно, выросли на одной улице. Точнее, в данном случае на одной поляне. И потом бродяга походя так говорит служаке: да пропусти ты этого дурака, он свой и безобидный.
Короче говоря, мой новый кимбар, который мне внедрили с уколами, оказался подарком судьбы. У димортула была своя телепатическая рация, но она, похоже, работала на другой, назовём это так, частоте. Очевидно Творцы что-то подозревали, а потому таким образом ограничили общение и контакты между теми, кто стал их первыми слугами.
Пока те, кто в прошлой жизни были разумными растениями, общались между собой, пристройка блока матки ожила. В боковой стенке вдруг раскрылся паз, и оттуда выползло длинное чёрное щупальце с плоской нашлёпкой на конце. Отросток повернулся в мою сторону, а потом сделал взмах, будто подзывал меня. Мы не гордые, да и время утекает.
— У тебя получилось, Нико, — заметил Каракал. — Действуй быстрее. Времени у твоего кефла и душ внутри него осталось мало.
Подхожу ближе и протягиваю к щупальцу кефл. Тот вдруг сам собой открывается в центре и туда ныряет отросток, хватает первое кожаное яичко и исчезает в стене. Затем появляется снова и проделывает процедуру ещё пять раз. Только когда крайнее яичко исчезает внутри стены, позволяю себе выдохнуть и опустить руки. Всё, успели. Даже не думал, что меня такой мандраж бил.
Тяну руку к внутреннему пазу димортула, чтобы извлечь, положить внутрь камень с душей и сознанием Тэй, но замираю на месте. Нет, оставлять её здесь, на хранении, мы не будем. Я с самого начала, как в мои руки попал её эотул, подумал кое о чём. Сейчас понимаю, что это рискованно, меня могут убить на пути к цели, она многое узнаёт, но, мне кажется, правильным отнести её туда.
— Что-то не так, друг Нико? — уважительно спросил меня Дрис.
— Что? Да нормально всё. Жду, пока эти ребята наговорятся. Ну, ваш Хранитель и мой знакомый, — уточняю я и присаживаюсь у бока биоформы.
— Если что, то кефл можешь положить туда. Он умирает, а преобразователю нужна масса. Могу и я положить.
Интересно они биореактор называют. Притом Искатели его, как и я, называют преобразователем. Может, у представителей разных рас Таната прописан свой пакет сленга? Не уверен, что Творцы озаботились этим вопросом.
Передаю контейнер Дрису, и тот его уносит. Смотрю на прошлую оболочку Тэй и понимаю, что не знаю, как с ней поступить. Никто из уважения ко мне не трогал тело. Пусть это воистину пустая оболочка, но поместить её в реактор, мне кажется, кощунством, неуважением. Да, Танат, вот такие у меня странные убеждения. Ведь я и Трагаса с его возлюбленной и нерожденным ребёнком похоронил. Мне это показалось правильным, больной ты мир.
Стоило мне об этом подумать, как я ощутил на себе чей-то пристальный взгляд. Будто некто удивился, увидев меня, ощутив рядом. Словно я выбивался из простого и понятного шаблона восприятия. И этому неизвестному было… Любопытно?
Я даже вскочил на ноги и стал озираться по сторонам, но никого, кроме копателей, не заметил. И непонятно, откуда на меня смотрел этот неизвестный или неизвестные. Слабое, но почти физически ощущаемое чужое внимание шло со всех сторон. Будто меня изучал город. Что за чертовщина?
Однако вскоре меня отвлекло кое-что более важное. Хранитель информатория и биофабрики копателей был тем ещё болтуном. Вернее — болтушкой, как я понял из замечания Димона. Тот сделал его не через телепатический канал, а физический, что симбиотически связывал наши тела. Как-то не думал, что у этих существ может быть пол. А почему нет? Они же не то, что в моей прошлой жизни называли компьютерами.
Вот тут в ворохе информации, а точнее, образов, которые передаёт Хранительница, я увидел то, что заставило меня похолодеть. Да какого она сразу не сказала? Что, как Димон скажет, что её и не спрашивали, да?
Срываюсь с места и бегу к той части Города Творцов, где была станция местной «подземки».
— Дрис, — кричу я на бегу через плечо, — уводите ваших к тельмаху и ждите меня.
— Что случилось, друг Нико?
— Потом. Всё потом.
Один раз при мне ты в обморок упал. Так что соберитесь в одном месте и не мешайте мне разбираться с новой проблемой. Как сказала новая знакомая Димона, в этом городе есть кто-то ещё, кто может с ней общаться. И неизвестный всегда был в городе.
