И, как ни странно, это заставило меня ещё больше довериться этим созданиям. Дима, напарник, тоже согласился со мной, что они ранее были представителями малоразвитого народа. Благородные дикари, что держат слово. Напарник в своей прошлой жизни тоже таких встречал. Не может вспомнить, так как у него самого, память сильно напоминает куски мозаики.
Информация. Здесь у меня два варианта её получения. Изучение местных библиотек или самостоятельная разведка снаружи. Тут я склоняюсь ко второму варианту. Знания, что остались от бывших хозяев города, статичны, так сказать. На местных церебралах точно много всего относительно анатомии и биологии разов, опытов над их телами, других биоформ Таната. Только я точно ничего там не найду относительно текущей расстановки сил между группировками разов. Если такая информация и была, то она устарела минимум на сто оборотов.
Вот о средствах контроля и наблюдения, которые использовали хозяева Таната, можно подумать. Ну не может такого быть, чтобы здесь не было этаких средств удалённого наблюдения. Однако если вспомнить, что кое-кто смог организовать восстание, то, может, привычных мне биологических аналогов видеокамер здесь нет. Ладно, глянем по возможности, что есть.
Насчёт восстания, что было примерно восемьсот лет назад. В этом видится интересный способ получить союзников. Как говаривал некий Ворон, взгляни даже на знакомые вещи с другой стороны, и ты удивишься тому, что тебе откроется. Если с натяжкой поверить Трагасу, тот бунт, следы которого я видел внутри шпиля, произошёл потому, что один из моих нынешних коллег нашёл способ обойти блокировку памяти. К чему это я говорю? Да к тому, что одно дело, если союз будет предложен Тэй или Теоне. Моя новая знакомая будет смотреть на всё с позиции опыта жизни здесь, в Танате.
С другой стороны, если разговор будет с лейтенантом Валери Бастьен, то всё может сложиться совсем иначе. Одно дело Искатели и вестник, но другое дело боевики Сенткома и потомок их противников. Они, конечно, с трудом мне поверят. Для меня та война — история, но для них это то, что было вчера.
Это одна сторона медали. На другой написано, что враг моего врага — мой друг. Не забываем, что сказал Стрелок. Его нанимателям были нужны пленники, чтобы узнать больше о клане Искателей и уничтожить их всех. Вот ещё одна причина, почему не стоит здесь сильно задерживаться — ситуация меняется.
Вернуть воспоминания тем, кто был членами армии наёмников, не самая лучшая идея, только здесь терять особо нечего. Плюс для этого сначала нужно найти способ, который гарантированно способен вернуть память. Как альтернатива — принести Искателям нечто, что сподвигнет их заключить союз. Потому в келг сейчас отправляются фрагменты брони преторианцев и их оружия. В олдир я положил тело Тэй, с которого стянул инис. Так сказал сделать — формовщик. Мне нужно изучить встроенные в разов биологические устройства.
Хорошо, что густая серая жидкость очень быстро залила капсулу олдира и скрыла тело девушки. Только после этого у меня получилось выдохнуть. Я-то точно не из кристаллической кости сделан, чтобы стойко и без эмоций смотреть на тело этой красотки.
И ещё мне после этого вдруг очень сильно захотелось её вернуть. Ох, не о том думаю. Не о том. Напарник, не подкалывай. Научил на свою голову. Ещё я сжимаю в руке кожаный мешочек, что, как оказалось, Тэй носила на шее. Заглянув в него и изучив содержимое, лишь хмыкаю. Да, так и не скажешь, что девушка любила собирать всякие интересные мелочи. Находка отправляется в карман димортула.
Боевые навыки. Здесь всё просто. Пока формовщик выполнял поставленную мной задачу, я и Дима оттачивали слияние разумов. Только двигались мы не на скорости, а плавно не торопясь. В этом состоянии, как я понял из записей церебрала, активировался режим обучения. Дима лучше знал возможности живого доспеха.
Половину цикла я без перерыва учился и запоминал. Каждое движение, каждый шаг, вздох были мной изучены и повторены бесчисленное количество раз. Незнакомое боевое искусство, которому обучили димортулов, было простым, эффективным и смертоносным. Его приёмы сильно напоминали то, что показали те боевые монахи из воспоминаний напарника.
Чуть освоившись с незнакомыми приёмами, изменяем режим тренировок. Теперь я пытаюсь вспомнить, что умею я, чтобы мы могли объединить наши навыки в гармоничный и смертоносный сплав. Быстрый штурмовой бой с ударами кулаками, локтями, коленями — вот мой вклад. Навыки работы с оружием, как в воспоминании о бое на тонфах, я мог применить лишь частично. Клинки и когти всё-таки сильно отличались.
Однако один мой навык оказался поистине неожиданным. Я тогда ещё не положил тело Тэй в олдир, и сам прошёл экспресс-обследование. Как оказалось, мои чагсы неплохо подходили для диагностики. Щупальца из капсулы соединились с ними и провели диагностику димортула. Результат — всё непонятно или просто запрещено.
