– Стараюсь. Или вообще только начал стараться. Даже в сложных играх с дубовым геймплеем и проработанным лором не так сложно, как сейчас. Конечно, если спихнуть заботы на тебя и остальных, то всё вроде даже ничего. Хлопотно, но пойдёт. Но разве так можно?
– А почему нет, Мастер? – внимательно посмотрела она.
– Эх, Марин, знать бы самому. Совесть или стереотипы какие… что-то толкает меня и говорит: “Давай!” Типа нельзя же висеть на ваших шеях, собой представляя слизняка после дождя, от того способного хоть как-то передвигаться, что дождь намочил поверхность. Надо самому что-то делать.
Она даже не улыбнулась, смотрит серьёзно, совсем как человек.
– Вы, Мастер, можете делать что пожелаете. Хотите напрягаться и стараться – делайте и я вас поддержу. Но есть то, что мне необходимо вам сказать. Насколько знаю, людям приходилось на протяжении тысячелетий способствовать продлению жизни. Чтобы это не было в виде некой идеологии или учения, – в таком случае велик шанс провала, – у людей есть инстинкты и в них заключён весь набор стимулов выживания и укрепления жизни на Земле. Такого не могло быть, чтобы отношения между людьми были бы полностью бескорыстными. Чувство любви всегда сталкивалось с грубыми твёрдо-материальными нуждами, стремлениями и поступками. По отношению ко мне, вы обосновано можете испытывать подобное, мотивируя привязанность материальными критериями. Это нисколько не обидит меня. Но в свою очередь я ощущаю вас иначе. Мне ничего не надо, и ничто не обуславливает мою службу вам. Может быть, это любовь, я не могу знать. Просто я буду рядом, пока вы этого хотите и удалюсь, если прикажете. Вы – мой смысл существования. Так какая может быть критика, если вы – это вы?
Мы обоюдно полыхаем щеками, но оторваться от глаз я не могу. Всё смотрю и смотрю.
– Спасибо, Марин. Это больше, чем вообще может быть. Я не заслуживаю… хотя прости. Не буду так говорить, чтобы не порочить тот образ, что теперь живёт у меня в душе после твоих слов. Я не должен, это вовсе не долг, но жгучее желание не огорчать тебя. Ведь всё равно же чем-то могу, несмотря на удивительную возвышенность твоих чувств?
Она улыбнулась.
– Это второй уровень, зависимый от первого. Реакции на ваши поступки. Но они никогда не станут поводом для решительных дел.
– Хм-м…– попытался осмыслить услышанное я. – В любом случае, ты не переживай, что я поступлю как-нибудь по-скотски. Ты мне очень дорога.
Я приблизился, обнял девушку и поцеловал. Живую, тёплую и влажную. Удивительную, непостижимую, чудную.
Наш поцелуй растянулся надолго. Глубокий и страстный.
Заручившись прикрытием Марины и махнув на остальное рукой, я вышел в виртуал. От всего случившегося, желание побыть в родном ленстве барона Вурста сильно возрасло. Да и столь желанные деньги начали капать в мой иссохший кошелёк, будет глупо терять зрительский интерес.
Казалось бы – смотался туда-сюда, а словно год прошёл. Вылетев из перемежаемого рубкой леса, я с удовольствием впитал панораму замка. Закатное небо, греющиеся в жёлто-персиковых лучах облака, дымочки из многих труб и добротный запах конюшен вперемешку с двором. Его доносит ветром, но потом вольный меняет направление, и уже луговые травы с цветами радуют ароматами. Было ли всё так же круто на прошлом яйце?
Остановил Сапсана возле родника. Спрыгнул, потянулся, словно и вправду гонец, но уже отпустивший напряжение переездов, расслабившийся, ибо рядом родной замок и хорошо охраняемая округа.
Вода непередаваемо чудесна на вкус, чуть ломит зубы и студит горло, но напиться ей невозможно. Оторвавшись наконец, я добротно крякнул и пригляделся – на дне чаши, откуда бьёт родник, что-то блестит. Слабо, едва заметно и под особым углом. Я запустил руку, поражаясь насколько мощно передаётся холод и в целом ощущения воды, а потом выудил тяжёлый золотой самородок. Красивый, абстрактной формы и с червоточинами.
– Ух! – вылетело у меня. – Вот это находка. Ну-ка, может ещё есть…
Света для поиска мало и рука схватила только ил и камни.
– Надо днём приехать, – протянул я, разглядывая находку. Восхищает и вдохновляет. – Как бы место запомнить?..
Не успел договорить, как появилось призрачное лицо Марины виртуального вида, с маячащей на фоне косой.
– Мастер, вы может ставить отметки на карте, а потом видеть их в специальном меню. Также можно включить целеуказание.
– Супер! Поставь меточку, пожалуйста, – склонил я голову. – Всё интересней и интересней становится играть. Ой! То есть писать летсплеи.
– Спасибо, я стараюсь, – озарилась она. – Скоро введу меню статистики, чтобы вы могли смотреть свои и чужие характеристики.
– Как в играх? – догадался я.
– Да, мне показалось, что это будет оптимальным вариантом. К тому же, есть жанр ЛитРП отвечающий концепции нашего проекта. Я правильно понимаю, Мастер? – озадачилась она.
– Ты умничка и красавица, – показал я ей большой палец.
– Ваши слова делают меня счастливой. Даже алгоритмы обработки информации улучшаются.
– Хе-хе! Ты записываешь?
– Конечно, – мелко закивала она, – в основном летсплейном режиме и нескольких ракурсах для получения удачных кадров.
