А сейчас никого и ничего не интересовало. Все были молоды, пьяны, веселы и наслаждались возможностью оторваться от разных мыслей и забот. Наливай, а то уйду – с такими словами подсел к ним один его приятель. Он был в офицерской форме. В армии уже были введены фуражки с высокой тульей (передняя часть головного убора, где находится кокарда). Алексей тогда подумал: чем выше тулья, тем слабее армия. «Ты как генерал Пиночет», – сказал он ему. Хоть бы форму не позорил, он был уже пьян. Аа… (дальше не парламентские выражения). «Привет, Жанна, – сказал он ей. – тебя там твой уголовник потерял». Да пошёл он. Она, прихватив Лёху за локоть, прильнула к нему. Знала, что с ним к ней приставать не будут. Алексей был не слабым парнем: сто килограммов вес, сто восемьдесят пять сантиметров рост, в прошлом КМС по дзюдо. Ну и кое-какой авторитет, тут имел. Оказалось, что Жанна жила в этом же районе, у тётки, видимо сердобольной женщины. Её добивался, как назвал его Андрей, этот уголовник. Судимость и срок она получила по статье грабёж. Хотя реально, как он понял, постояла рядом со своим приятелем, который и грабил. Жанна получила один год. Можно было дать и условно, подумал Лёха, но будем помнить про котлету в столовой и селёдку в бочке. Алексей тогда предложил ей уйти из рюмочной в более респектабельное место. Недалеко был солидный бар с игровыми автоматами. Народ там собирался со всего города, знакомых было мало, но цены гораздо выше. Там они и зависли до ночи. Затем номер в гостинице. Лёха собирался снять квартиру на другом конце города, возле офиса, но вспомнил, что было предложение здесь, недалеко и дёшево. Жанна была на всё согласна. Недели три им было хорошо вдвоём. Вечером она его встречала с работы в центре, ходили гулять по саду, аттракционы, кино и даже дискотека в бывшем кинотеатре. Потом всё разом закончилось. Сто пятьдесят тонн нефтепродуктов были отправлены в другой регион под реализацию, новым людям. Руководила той фирмой женщина, наверное, поэтому ей поверили. Оказалась настоящей…, не могу здесь подобрать печатное выражение. В общем, были разборки. Лёха уехал недели на две, в другую область. Дело было опасное, подключили все связи. Вышли из сделки, вместо прибыли – по нолям, и то хорошо. С этого момента дела окончательно пошли наперекосяк. Еще перед отъездом, оттуда, привязалась цыганка. Дай погадаю. Ну, он и дал ей ладонь. О, да у тебя несчастная любовь была. К его удивлению, она почти всё там увидела и собиралась спрогнозировать будущее. Тут он испугался и решил закончить сеанс. Но цыганка уже вошла в раж. «Дай погадаю, бесплатно», – кричала она. Но он ушёл и услышал в свой адрес проклятия. На кой хрен с ней связался, думал он потом. Вернувшись в родной город, он остановился у компаньона, вернее у его подруги, у той был день рождения. Жутко хотелось напиться. Потом вспомнил про Жанну и не оплаченную, на следующий месяц, квартиру. Дозвонился до хозяев, сотовые тогда были редкостью. Квартиру уже сдали, а Жанна пропала еще раньше. Потом вызвонил Андрея, который был с ними в рюмочной, в форме, он и сообщил, что Жанну закрыли. Ничего не поделаешь, его девушка была воровка. Потом ему объяснят, сядет она без вариантов, не туда полезла, да и рецидив, ты не поможешь. Что-то защемило в груди, кончился короткий и странный роман. Ему, как всегда, предложили гитару. Он спел тогда одну вещь из репертуара А. Розенбаума, подходящую вроде бы по теме:
