Прокурор Томмазео тут же потерял к делу всякий интерес. Его интересовали лишь женские трупы, лучше обнаженные, и преступления на сексуальной почве.
– Хорошо-хорошо, вытаскивайте. Всем привет.
Помахав на прощание, он уехал. На встречу с очередным деревом. Все без исключения присутствующие мысленно послали ему вслед проклятия.
На этот раз на лебедку повесили дополнительную обвязку с брезентом, по бокам которого болталось много веревок. Монтальбано посочувствовал спасателям: работа не из легких, да еще и малоприятная. Как у могильщиков. При этой мысли машины, люди, пейзаж – все вдруг закружилось. Теряя равновесие, он крепко схватился, чтобы не упасть, за плечо стоявшего рядом Мими Ауджелло.
– Сальво, иди домой. Я буду здесь. На тебе лица нет, – сказал ему Мими.
– Нет.
– Ты на ногах не стоишь! Пожалуйста, посиди хотя бы в машине, – вмешался Дзито.
– Нет.
Отдыхать нельзя: уснет мертвецким сном.
Наконец, после многочисленных попыток, похожий на мумию труп, завернутый в брезент и обвязанный веревками, подняли наверх. Его положили на землю у колодца.
Все подошли посмотреть, предусмотрительно прикрыв платками нос и рот. На вид мужчина лет шестидесяти, совершенно голый, худой. Лицо у него было обезображено. Спасатель прыгнул обратно в колодец.
– Зачем?
– Забрать покрывало, которое было под телом.
Паскуано тем временем взглянул на труп.
– Здесь я ничего не могу сделать. Везите в лабораторию.
– Доктор, отчего он умер?
– Вы что, Монтальбано? Сами не видите? Ему в лицо разрядили целую обойму.
Репортеры из «Свободного канала» подоспели как раз вовремя, чтобы отснять сюжет. Когда они закончили, Дзито подошел к Монтальбано, крепко обнял его и уехал вместе со съемочной группой.
Пока криминалисты занимались своим делом, к комиссару подошел командир спасателей, Маллия.
– Пожалуй, лучше задержать их.
– Зачем?
– Если в последнем колодце мы что-нибудь найдем, всем придется вернуться.
– Лишняя предосторожность! Давайте не будем терять время!
Маллия отдал приказ, и техника направилась к третьему колодцу.
– Садись в машину, – сказал Мими.
– Нет. Я пешком, – ответил Монтальбано.
Они не понимают: если он сядет, то все.
Он дошел до колодца и почувствовал, что весь взмок от пота. Закурил. Сигарета дрожала в руке, и он ничего не мог с этим поделать.
Когда они спустят спасателя в колодец? Почему так долго возятся с обвязкой?
– Почему они еле шевелятся?
– Успокойся, Сальво. Они работают быстро, как только могут.
Наконец-то спасателя опустили в колодец. Боже, как медленно! Конечно, куда им торопиться?! Интересно, они специально действуют ему на нервы? Нет, смотреть на это невозможно. Он отошел на несколько шагов, поднял камень и бросил в торчавший из земли железный прут.
Промахнулся. Поднял еще один, снова мимо. И еще, и еще… Пока по шуму лебедки не понял, что спасателя поднимают наверх.
Поравнявшись с краем колодца, тот не спешил вылезать. Командир подошел к нему, и спасатель что-то сказал ему на ухо. Что это значит? Монтальбано перехватил быстрый взгляд, которым обменялись командир и Мими Ауджелло. Одно мгновение, взмах ресниц. Он сразу все понял, слов не требовалось.
– Вы нашли его! Он в колодце!
Монтальбано прыгнул вперед, но путь ему преградил Мими. Их окружили, словно сговорившись, Галло, Галлуццо и Ламарка.
– Брось, Сальво. Ради бога, успокойся!
– Комиссар, мы не знаем, кто это, – вмешался Галло.
– Ламарка, верни всех назад, криминалистов, прокурора… – начал Ауджелло.
– Нет!
Монтальбано крикнул так, что спасатели оглянулись.
– Я скажу, когда их звать! Понятно? – сказал он, отстраняясь от Ауджелло.
Все смотрели на него с удивлением. Усталость комиссара как рукой сняло. Он стоял прямо, неподвижно, руки у него больше не дрожали.
– Но почему? – спросил Мими. – Так будет быстрее.
– Не хочу, чтобы его видели посторонние, понятно? Не хочу! Сначала мы сами простимся с другом, потом позовем остальных.
Монтальбано решительно зашагал к колодцу. Подошел вплотную и припал к стене, чтобы все увидеть первым. Наступила напряженная тишина, тяжелая, будто свинцовая. Грохот лебедки как сверло ввинчивался в мозг.
Перегнувшись через край колодца, комиссар подался вперед всем телом, потом спрыгнул вниз, повернулся к своим друзьям и сказал:
– Это не он.
Ноги у него подкосились, и медленно, как мешок, он стал оседать на землю. Ауджелло с трудом его удержал.
Монтальбано видел как в тумане, как кто-то подхватил его и понес к служебной машине. Видел, как его укладывали на заднее сиденье. Это было последнее, что он видел, потому что сразу то ли провалился в сон, то ли потерял сознание. Галло, как всегда, пулей рванул с места.
Комиссар очнулся, когда машина резко затормозила. Он свалился на пол. Выругался. И услышал голос Галло, у которого тоже вырвалось крепкое словцо.
Интересно, сколько времени прошло? Удивительно, но Монтальбано чувствовал себя свежим и отдохнувшим, будто проспал всю ночь.
– Долго мы едем?
– Около часа, синьор комиссар.
– Значит, подъезжаем к Монтереале?
– Да, синьор комиссар.
– Бар «Реале» еще не проехали?
– Еще нет.
– Отлично. Остановись там.
– Но вам нужно отдохнуть и…
