— Если вы убьете меня, мой Лорд, тогда я не смогу создать для вашего Танца достойную пару мечей.
— Ты дерзок… неужели ты думаешь, что мне не хватает оружия? И нужно ли оружие в Танце? Я сплетаю тени и иллюзии, я — демон…
— Да, — и руки его с силой вцепляются в мои. — Да! Неужели ты не видишь, демон?! Если бы я смог, я бы показал тебе со стороны твой Танец! Я хотел бы быть демоном лишь ради того, чтобы уметь что-то подобное! Но это невозможно. Это приходит лишь с кровью! Я умру сегодня, но умру, унеся с собой твою тайну. Кто ещё знает о Танце? Ты никому ничего не говоришь. Ты холоден, как льды Северных Земель, но в твоей душе бушует лава, такая же, как в инкубах, что живут среди этих льдов. Демон, я готов служить тебе своей волей, душой и жизнью, если ты позволишь дополнить твой танец парой мечей, которые я создам, лишь придя к своему жизненному концу. Я никогда не думал, что захочу сотворить что-то подобное, хотя моя семья всегда шла по этому жизненному пути. Я не видел достойного и бросил кузнечное дело, хотя и страстно желаю продолжить ковать. Только сейчас, на этой поляне, я, наконец, нашел свое предназначение. И поэтому прошу не убивать меня. Я должен закончить то, что началось в миг, когда я увидел тебя!
Я держал его за горло и смотрел в бешенные живые глаза. Такие же глаза, как когда-то были у моего отражения.
И я разжал руку на его горле:
— Как твое имя, Дикий?
— Каил.
— Отныне ты мой, Каил.
— До конца своей жизни, — тихо ответил он, и яростный блеск глаз померк, сменившись безмятежным спокойствием, которое пугало.
А затем я растворился в этих глазах. Тишина вокруг меня, и тихий смешок в темноте.
— Каил?
— Да, Мой Господин.
— Ты оставил часть души в мече?
— Конечно, Мой Господин.
— Значит, ты умер, создавая его?
— Ты не помнишь, Мой Господин?
— Нет. Не помню.
— Да, теперь я это вижу.
Трепет огонька и гибкая фигура выступила из тени. Мы оба стояли в круге света. Эти спокойные глаза оглядели пространство, и бес покачал головой:
— Господин, вы усыпили вашу силу? Раньше мне нравилось здесь больше.
— Видимо, да, — криво усмехнулся я. — Почему называешь меня Господином? Ты принадлежал мне только до своей смерти. Но теперь ты умер.
— Не совсем, — покачал он головой. — Мой Господин, часть моей души все ещё с вами. Пока у вас мечи и пока мечи живы, я ваш. Все ещё ваш и по своей воле.
— Я потерял один меч, — горько отозвался я.
Он поклонился:
— Поэтому я и откликнулся на ваш зов, Господин. Вернуть утраченное.
— И как ты это собираешься сделать?
