В гримерке как всегда куча народу, как девушек, так и парней. Никто никого не стесняется и переодевается прямо тут. Да и некогда тут кого-либо рассматривать, все готовятся к выступлениям. Я тоже быстро скинула сарафан и достала из шкафчика небесно-синее платье на тонких бретельках. Юбка солнышко и приталенный верх, вот собственно и весь наряд. Основное в моем исполнении это веера. Вот они сделаны из крепкого дуба и украшены бледно-голубым кружевом по верхней кромке. Их необычность в изменении цвета кружева и свечении. Как фосфором натертые в темноте светятся, как и платье.
На сцену выходила под громкие аплодисменты. Поклонившись послала в зал очаровательную улыбку и села на пол. десять секунд нужные мне для настройки дара и вместе с первыми нотами музыки погас свет. Отработала программу и едва не надорвалась, чтобы попадать в постоянно меняющуюся мелодию. Пока раскланивалась, чуть не поймала пару букетиков лицом, но вовремя поднимала руки. В гримерке куда я ввалилась с улыбкой и охапкой цветов, стояла непривычная тишина.
-- Что... - тут заметила мой фон в руке Таши и просто вопросительно уставилась на нее.
-- Прости, он постоянно звонил и звонил. Я подумала, ты не обидишься, если я приму вызов.
-- Не обижусь конечно. Только почему у вас такие лица будто кто-то умер? - все еще весело и долей радости от успешного выступления спросила.
-- Звонили с номера Майка. Его и твоего отца ранили... - цветы осыпались к ногам, а я скакнула вперед выдирая фон из рук Таши. Нажимая на светящиеся символы, набирала номер Майки и тряслась. - Эрен, он не ответит. Он на операции. Звонил персонал клиники куда их доставили. - фон сломался. Разлетелся о стену мелкой крошкой. - В третьей.
Кивнув, не имея сил сказать слов благодарности, опрометью вылетела из гримерки в зал и понеслась к выходу. Возле самых дверей меня перехватил Найджел и едва ли не силком усадил в свою машину. Водитель ехал быстро, нарушая кучу правил, но мне казалось, что он едва плетется. Искромсав подол платья, я едва дотерпела пока мы доехали до клиники. В приемной на мой вопрос, где мои родные, на меня посмотрели с жалостью, и указали как пройти в палату. Наори спал...бледный будто обескровленный, исхудавший, будто не ел неделю. Остановившись на пороге, смотрела на него и не могла поверить. Уже отсюда я все почувствовала. Тьма в душе спавшая до сих пор встрепенулась и зашипела.
-- Простите, леди, но мы ничего не можем сделать. Раны не опасны и хирург с божественной кровью уже сделал все что нужно. Но, яд в его крови...он смертелен. Если бы он был простым человеком, мы бы могли спасти его...но... - я подняла руку заставляя врача замолчать. Вижу, все вижу, и чувствую! - Мне жаль, леди. Мы беспомощны. - с горечью и злостью на самого себя сказал врач.
Сделав шаг вошла наконец в палату. И только сейчас заметила сжавшегося на кресле в темном углу шофера. С бинтом на голове и рукой на перевязи. Еще совсем молодой парнишка, из-за отказа играть не по правилам, лишился карьеры гонщика. Наори подобрал его два года назад и сделал своим личным водителем. Он и учил меня водить.
-- Грен.
-- Леди! - вскочил и едва устоял на ногах. - Леди, простите... - истеричные нотки в его голосе, заставили внимательнее приглядеться к парнишке. Действительно на грани, еще немного и забьется в истерике...а я тоже не железная.
--Грен, иди, отдохни. Я посижу с Наори. Одна! - жестко и властно. Опустил голову и вышел, плотно прикрыв за собой дверь.
Подойдя к койке, сжала низкий поручень до боли в пальцах. Слез не было, душа будто высохла и сморщилась не желая выдавать ничего кроме горечи и боли. Писк приборов считывающих сердцебиение, давление и еще что-то, раскаленными шипами вклинивался в сознание. Мое зрение еще не отошедшее после выступления показывало как яд медленно и уверенно подбирается к сердцу. То что когда-то поддерживало меня у Маркуса, не давая упасть и сломаться, исчезло. Почти упав на стоящий рядом стул, взяла еще теплую руку Наори и прижалась к ней лбом. Глаза закрылись сами, темнота внутри стала абсолютной. Маленький лучик погиб полностью. Шипение моей Тьмы волнами расходилось по телу, заставляя вздрагивать и сильнее прижиматься к руке любимого.
-- А ты так и не сказал, что любишь меня. - пустой голос без эмоций. - Прости, похоже я присоединюсь к тебе в загробном мире немного позже. Придется тебе меня подождать. - Тьма зарычала торжествующе, я слабо улыбнулась, губами. В глазах осталась пустота. - Наори...я была счастлива все время проведенное рядом с тобой. Каждую минуту, час, день, месяц, год... - открыв глаза поднялась, склонилась над любимым и с тоской и болью поцеловала безжизненные губы. Последний раз. - Я люблю тебя, Наори!
Заснула я в палате свернувшись калачиком у бока Наори. Сквозь сон мне показалось что он меня обнял и прижал к себе. Я как и каждую ночь до этого расслабилась и прильнула к любимому. Обнимая в ответ и подставляя личико для нежного поцелуя, чувствуя тепло и всепоглощающее счастье.
