Медленно повернув ручку двери, он с ужасающей улыбкой заглянул в комнату. Мать, завидев это не сразу, вскочив, накрылась простыней. Мужчина, подтянув брюки с недоумение на лице, бросил деньги на кровать и как можно быстрее вышел из дома. Хэвнер все с той же улыбкой смотрел ему вслед.
«А ну проваливай отсюда, ничтожество. Что ты тут делаешь?» – закричала мать.
Ужасно ненормальная улыбка сменилась на легкую и добрую. То, что происходило дальше было похоже на очень медленный танец, а как полагается в каждом танце должны быть чувства. Фантазии перешли в самообман и вот реальность. Ему навстречу бежала мама. Его несколько лет не было дома. Он повзрослел, а она постарела это можно было заметить по морщинам. Слезы радости проступали на её лице, а улыбка отдавала каким-то теплом. Она упала в объятья любящего сына, который был так далеко от неё.
Комната с деревянными полами и слегка обшарпанными стенами наполнилась теплом и уютом. При такой тишине можно было услышать звук накаливания настольной лампы. Закат солнца. Небо залилось красно-желтым заревом.
Так что же такое фантазия? Способность к творческому воображению или ложь и несбыточность?
Тело почти как гиря рухнуло на пол. Тонкая, гладкая шея была истыкана. В некоторых местах кожа была разорвана. Кровь под давлением выплескивалась и растекалась вокруг. Белая простыня уже не впитывала, а пропускала кровь. Хрустальные глаза смотрели на убийцу уже не так, как, всегда, а с сожалением и в то же время с материнской любовью.
– Все закончилось, Мама. Я дома и я с тобой, а вот моя картина, которую я нарисовал, когда был в отъезде. Вот так я представлял, как мы встретимся. Ты только посмотри какой танец красок и да, я хотел бы её повесить в комнате, посередине. Она будет показывать семейный уют и нашу с тобой любовь. Это совершенство!
