А перед глазами так и стоял взгляд короля – мудрый, как будто он читал её будущее так ясно, как Фрида читала древние тексты.
А может, и читал – Фрида бы не удивилась.
В человеческом мире тоже стемнело. Так же над озером летали светлячки, но не разноцветные, как в мире фейри, а лишь бело-зелёные. Ветер качал камышовые заросли у берега. И пофыркивал, стоя у раскидистой ивы, белый конь. Фрида пригляделась и с изумлением узнала Быстрого, лучшего жеребца из её конюшен.
- Ну как водичка? – весело поинтересовалась сидящая на берегу Кейт. На ведьме было что-то вроде рыбацкой сети – Кейт была та ещё модница. – Может, и мне искупнуться?
Не обращая внимания на её слова, Фрида выпрямилась и, держась за гибкие ивовые ветви, вышла на берег. Ткнула пальцем в коня.
- Что он здесь делает?
- О-о-о! – засмеялась Кейт, обнажив белые-белые и ровные-ровные (хоть сейчас младенца кушай) зубы. – А это правильный вопрос. Глянь-ка сюды. – Она протянула Фриде конверт.
Фрида взяла его, пригляделась.
- Это письмо не мне.
- Угу. Служанке твоей. Ты читай-читай.
Фрида подняла на неё взгляд.
- Это не мне письмо.
- Ой, да шо ты такая правильная! – фыркнула Кейт. – Не боись, я ж уже всё прочла. Хошь, перескажу?
Поморщившись, Фрида достала письмо из конверта и вчиталась.
Писала мать и писала она камеристке Фриды – в ответ на её утрешнее письмо, в котором Мэри призналась (как поняла Фрида), что госпожа беременна, и все признаки налицо: цикл задержался, утренний чай с нужной травкой не в то горло пошёл. А вы же приказывали, мэм, следить за госпожой? Вот Мэри и бдит. О, как Мэри бдит! Госпожа недавно вернулась из очередного загула, наверняка с ведьмовского шабаша. И вот теперь беременная. Мэри за такие новости ведь причитается награда?
Да, писала мать Фриды, причитается; и сообщала, что перевела на счёт Мэри весьма кругленькую сумму: хватит на симпатичный маленький домик в деревне со своими слугами. Мать также выражала признательность, что Мэри уберегла её семью от ещё одного позора. И пророчила Мэри дальнейшее вознаграждение, если она будет так же предана.
Фрида аккуратно свернула письмо, положила обратно в конверт и подняла взгляд на Кейт. Та улыбалась.
- А я те говорила, шо служанка твоя – та ещё змеюка. Хошь, я её колдану?
- Я сама, - процедила Фрида, наклоняясь к своей одежде.
- Эк скоко у вас одёжек, - оценила Кейт, глядя на неё – И, главное, зачем?..
- Как это письмо попало к тебе? – оборвала её Фрида.
- У тебя симпатишный конь, - отозвалась ведьма, протягивая руку и гладя покорно склонившего голову Быстрого по носу. – И симпатишный лакей. Милок, подь сюды.
Фрида только вздохнула, когда из-за деревьев показался один из её лакеев с таким взглядом, как будто уже сомневался в собственной вменяемости. На самом деле, сомневаться он станет завтра, когда всё – и воспоминания, и фантазии – перепутаются у него в голове.
- Ты ш не против, если я их позаимствую? – одной рукой обняв лакея, другой держась за гриву коня, спросила Кейт.
- Вернуть не забудь, - вздохнула Фрида, накинула нижнюю рубашку (всё-таки ночи были ещё прохладными, чтобы ходить голышом), а остальную одежду взяла в руки.
- Будь покойна, милая. Ты, кстати, в город нынче собираешься? В столицу, а? За этим ныряла? Вижу у тебя браслетик этого стервеца. Так вот, в Нижнем городе ищи.
Спрашивать подробности было бы бесполезно, да и незачем, раньше Фрида и сама справлялась. Она кивнула отвернулась и пошла по тропинке – подсвечивая дорогу, её обогнали светлячки.
- Ну, прокати ш меня, милок! - сверкнув улыбкой, воскликнула Кейт и взлетела в седло Быстрого. Следом, как во сне, неловко влез лакей. – И-э-э-эх!
Деревья тоже расступались перед ведьмой – прямо-таки отскакивали. А та, гоня коня, потрясала сухонькой ручкой.
- Ужо я щас покатаюсь!
«И вряд ли кого удивишь, - думала Фрида. – Все давно уже к твоим выходкам привыкли».
Мэри снова сидела за любовным романом и снова в спальне Фриды, в её любимом кресле у камина.
- Ой, госпожа! – вскрикнула она, когда Фрида закрыла за собой дверь. – Я-я в-вас не заметила!
- Ну конечно, - хмыкнула Фрида. – Я же ведьма. Между прочим, тебе письмо. – И кинула Мэри конверт.
Та подхватила его, узнала почерк. Побледнела.
- Я-я-я…
- Завтра получишь расчёт.
Мэри содрогнулась и плавно осела на пол. Фриде подумалось, что это она в своих романах научилась подобному мелодраматизму.
- Госпожа, прошу вас! Я не смела отказать миледи, вы же знаете, какая она…
- Да, знаю. А ещё она тебе платила. – Фрида уселась в кресло и принялась смотреть на огонь. – Уходи.
- Госпожа, но вы же должны меня понять! У меня кроме вас никого нет!
- Попросись к моей матери, вы же так прекрасно спелись. Она тебя куда-нибудь пристроит.
- Госпожа…
- Вон. Завтра утром чтоб тебя в этом доме не было.
Мэри встала – так же плавно, как до этого садилась. И, скривившись, прошипела:
- Куда вы без меня денетесь!.. В этой дыре вам никого лучше меня не найти…
