Танец отражений полностью

Через весь зал ожидания крупнейшей эскобарской коммерческой орбитальной пересадочной станции протянулся ряд комконсольных кабин, зеркальные двери которых делились по диагонали линиями радужных огоньков. Несомненно, находка дизайнера. Зеркальные секции были специально установлены под небольшим углом друг к другу, дробя отражения на части. Низкорослый человек в серо-белой военной форме сердито посмотрел на свой изломанный образ в дверном проеме.

Отражение нахмурилось в ответ. Повседневная офицерская форма наёмника без знаков различия: китель с накладными карманами, свободные брюки, заправленные в высокие ботинки — всё точно до мелочей. Он окинул взглядом тело в униформе. Вытянутый карлик с искривленным позвоночником, короткой шеей и крупной головой. Почти калека, лишенный из-за малого роста всякой возможности остаться незамеченным. Тёмные волосы коротко подстрижены. Под черными бровями сияют глубоко посаженные серые глаза. Тело тоже было точно до мелочей. Он ненавидел его.

Наконец, зеркальная дверь скользнула вверх, и из кабины вышла женщина в запашной блузе и струящихся брюках. Модный бандольер с дорогой электроникой на драгоценной цепочке через плечо недвусмысленно говорил о ее социальном положении. Уверенно шагнув наружу, она отшатнулась от него, словно отброшенная мрачным равнодушным взглядом, и осторожно обошла стороной, бормоча: «Извините… Прошу прощения…»

Коротышка запоздало искривил губы в подобии улыбки и пробормотал что-то неразборчиво, всем видом изображая достаточную благопристойность, чтобы без опаски пройти мимо. Он опустил дверь на место нажатием на клавишу, отгородив себя от посторонних взглядов. Один, наконец-то, на последнюю минуту, пусть лишь за тонкими стенками коммерческой комм-кабины. Воздух был пронизан запахом её духов, вперемешку с обычными станционными запахами: регенерированного воздуха, пищи, тел, волнения, пластика, металла, чистящих смесей. Он вздохнул, сел и положил руки на маленький столик, пытаясь унять дрожь.

Нет, не совсем один. Здесь было еще одно чёртово зеркало — для удобства клиентов, желающих привести в порядок свою внешность до передачи по головиду. Его глаза, окаймленные тёмными кругами, злобно сверкнули. Он отвернулся от отражения и опустошил свои карманы на столик. Все имущество заняло место немногим более двух его ладоней. Последняя проверка. Как будто пересчет может изменить сумму…

Кредитка с примерно тремя сотнями бетанских долларов на счету — хватит на неделю хорошей жизни на станции или, при бережном расходовании, можно растянуть на пару месяцев на вертящейся внизу планете. Три фальшивых удостоверения личности, все не на того, кем он был сейчас. Не на того, кем он был раньше. Кем бы он ни был. Обычная пластиковая карманная расчёска. Куб для данных. Вот и всё. Карлик мрачно разобрал обратно по отдельным карманам всё, кроме кредитки. Предметы закончились раньше карманов. Он фыркнул. Тебе следовало захватить хотя бы свою зубную щетку… Уже нет времени.

И остаётся всё меньше. Происходят ужасные вещи, ситуация выходит из под контроля, пока он сидит тут, собираясь с духом. Давай. Ты делал это раньше. Сможешь и теперь. Он запихнул кредитку в щель и набрал тщательно заученный номер. Импульсивно взглянул в зеркало, пытаясь придать лицу нейтральное выражение. Несмотря на всю практику, вряд ли сейчас удастся изобразить улыбку. Все равно он презирал её.

Видеопанель с шипением ожила и над ней возникло изображение женщины в такой же серо-белой форме, но со знаками различия и нашивкой с именем. Она уверенно произнесла:

— Комм-офицер Герельд, «Триумф», Дендарийская Свободная… Корпорация. — Для пропуска в эскобарское пространство оружие флота наемников опечатывалось на внешней прыжковой станции под бдительным оком эскобарских военных инспекторов в доказательство чисто коммерческих намерений. Очевидно, на эскобарской орбите были приняты подобные вежливые эвфемизмы.

Он облизнул губы и спокойно сказал:

— Пожалуйста, соедините меня с дежурным офицером.

— Адмирал Нейсмит, сэр! Вы вернулись! — даже по головиду вспышка радости и волнения ясно читалась по её выпрямившейся осанке и сияющему лицу. Она поразила его, как удар. — В чём дело? Мы скоро улетаем?

— В своё время, лейтенант… Герельд. — Подходящее имя для офицера связи. Он постарался скорчить улыбку. Адмирал Нейсмит улыбнулся бы, да. — В своё время вы всё узнаете. Между тем, я хочу, чтобы меня забрали с орбитальной станции.

— Да, сэр. Я могу это для вас устроить. Капитан Куинн с вами?

— Э… Нет.

— Когда она прибудет?

— …Позже.

— Хорошо, сэр. Я только получу разрешение на… Мы принимаем какое-нибудь оборудование?

— Нет. Только меня.

— Тогда, разрешение от эскобарцев на пассажирскую капсулу… — она отвернулась на несколько секунд. — Я могу прислать кого-нибудь в док E-17 через двадцать минут.