Поначалу, меня не отпускало чувство обиды и раздражения. А по сути, меня порядком доставало то, что все в Средиземье тяготели к общению посредством шарад, загадок и недомолвок. Но постепенно, я успокоилась и задумалась над словами лесного духа (как я его мысленно окрестила). — Что-то из моего прошлого. Да это может быть что угодно! И даже если я распознаю какой компонент попал из моего мира, мне никогда не разобраться в приготовлении противоядия. Кстати, а как что-то могло попасть сюда оттуда? Хотя, нет, мне же попадались книги, а значит, могут попасться и предметы или что там ещё… — Я вдруг замерла на месте. Формулы, среди записей матери Сельвен были формулы и рецепты на Латыни. — А что, если?… — Я не успела закончить свою мысль, потому что ноги уже вовсю несли меня к дому эльфийки. (Во всяком случае я на это надеялась).
Дверь в комнату неожиданно распахнулась, гулко ударившись о стену. Сельвен только закончила протирать лицо брата, когда грохот заставил её дернуться и резко обернуться. У нее уже была готова подходящая тирада для этого наглого нарушителя больничного покоя, но слова так и застряли в горле. На пороге стояла Ирина, и она была последней, кого она ожидала здесь увидеть.
Смертная выглядела растрёпанной: волосы выбились из косы, разметались по плечам, платье подрано и испачкано, на бледном лице красовались несколько царапин. Одним словом, можно было подумать, что женщина только что выбежала из лесной чащи. Однако, что поразило эльфийку больше всего это глаза её темноволосой гостьи — они горели каким-то неестественным, безумным огнём. Сельвен уже открыла рот, чтобы спросить тривиальное: «Что произошло?», — когда замершая было в дверях женщина резко рванула вперёд и, с несвойственной для смертных скоростью, оказалась у кровати Ровиона, аккурат напротив дочери лекаря. Нежданная посетительница прикоснулась ко лбу покоившегося за пологом эльфа, её брови нахмурились, и она забормотала что-то себе под нос на том непонятном языке, который то и дело слышала от неё лесная дева и, казалось, абсолютно забыла о существовании последней.
Поведение её помощницы было поистине странным и даже немного пугающим, именно поэтому она решила её пока не беспокоить. Сельвен внутренне напряглась, и, чтобы хоть немного успокоиться, глубоко вздохнула. — Сладость, словно в воздухе кто-то разлил карамель с крепким вином… — В следующее мгновение все встало на свои места. Эльфийка неожиданно поняла, почему воздух в комнате почти звенел от напряжения, одновременно опьяняя. — Магия. — От замершей над её братом смертной волнами исходила магия. Сельвен подумалось, что ещё немного и она сможет увидеть эти потоки, настолько они были осязаемы. — Интересно, как она в таком состоянии прошла незамеченной мимо стражников у главных ворот… А как нашла сюда дорогу… — Лесная дева встряхнула головой и спешно закрыла дверь в комнату. — Если её сейчас увидят — будет худо. — Словно почувствовав её мысли, смертная резко обернулась.
— На, возьми. — В руке Ирины был зажат какой-то пожелтевший листок. Дочь лекаря приблизилась и аккуратно взяла бумагу.
Она без труда узнала почерк своей матери, но на этом всё и закончилось. В самом верху листка была написана странная комбинация незнакомых букв и знаков, а после в столбик шли ещё какие-то слова и словосочетания, рядом с которыми стояли цифры. Хотя язык был абсолютно незнаком эльфийке, она чутьём угадывала, что на бумаге, которую она держала в руке, был написан рецепт. Сельвен прочистила горло, чем вызвала несколько раздражённый взгляд смертной.
— Ирина… — Продолжила дева, не обращая на это внимания. — Что это?
— Я не знаю. Рецепт или формула. Он сказал, что это поможет твоему брату. — Отрезала та.
— Кто он?
— Неважно. — Отмахнулась женщина, снова обращая всё своё внимание на рыжеволосого эльфа. — Но тебе стоит поторопиться, времени осталось немного. — Не стоило об этом напоминать, дева и так всё знала.
— Поторопиться? Ты шутишь? — Теперь в голосе светловолосой послышалось неприкрытое раздражение. — Что мне с этим делать?
— Ты же лекарь, тебе лучше знать. — Парировала Ирина.
— Я не понимаю в этом ни слова! — Вскрикнула эльфийка, сжимая кулаки. Она хотела ещё что-то добавить, но в следующее мгновение, смертная оказалась рядом, крепко сжав голову лесной девы руками. Сельвен поначалу опешила, потом дёрнулась, но ей не удалось пошевелиться ни на миллиметр.
— Я никогда бы не стала так шутить. — Проговорила Ирина неожиданно тихо, глядя прямо в глаза дочери лекаря. — Этот рецепт должен помочь…Поверь…
— Да пойми ты, что даже если это и так. — Прошептала ей в тон бессмертная. — Язык, на котором написан рецепт мне не знаком… — В горле встал комок, она замолчала. Какое-то время никто из них не проронил ни звука, и они лишь смотрели друг другу в глаза. Наконец Ирина вдруг тяжело вздохнула, будто приняла какое-то важное решение.
— Я могу прочесть. Надеюсь, это поможет…
