Женщина вытащила из-за пояса один из кинжалов и покрутила его в пальцах, пока Аргон закрывал дверь в переполненную комнату. Когда взгляд Геранда метнулся к рапире, женщина метнула Кинжал, пронзив стул так близко к его коже, что разорвала ткань халата. Она покачала головой, но ничего не сказал.
Аргон мягко оттолкнул женщину и встал перед Герандом, скрестив руки на груди. Он хмуро посмотрел на Геранда. Смерть была в его глазах.
— Ты знаешь, кто я? — Аргон спросил.
— Да, — сказал Геранд, изо всех сил стараясь, чтобы голос звучал храбро. Сколько раз он унижал Трена перед другими дворянами, даже перед королем? Он взял назад каждое слово. Черт побери, где его охрана?
— Ты знаешь, почему я здесь? — Аргон спросил.
Геранд снова кивнул.
— Да, — сказал он.
— Лейла, не могла бы ты передать мне его рапиру?
Женщина подняла меч и протянула его рукоятью вперед трену.
— Спасибо, — сказал Аргон, быстро осматривая клинок. — Солидное мастерство, хотя и немного потакающее своим прихотям. Я знаю многих мужчин и женщин, которые могли бы прожить целый месяц на то, что принесет им этот единственный Рубин в рукояти. Я знаю о вас на некоторое время, Кроулд. Твоя родословная была такой же декадентской и бессмысленной, как рукоять твоей рапиры. Всегда стремясь быть загрузки шестерок и жополизов, никогда не быть лидерами.
Аргон поднёс один из его клинков, и держал ее перед лицом Геранд.
— Видишь это? — спросил он. — Простая, но хорошо сделанная. Ничего, кроме необходимого. Ты забыл, ты инструмент, Геранд Кроулд, и ничего больше. Притворяться кем-то другим может привести к…опасным обстоятельствам. Скажите мне, дорогой советник короля, что бы вы предпочли: мой короткий меч или вашу рапиру?
Геранд посмотрел между двумя лезвиями.
— Моя рапира, — сказал он.
— Хороший выбор, — сказал Аргон и ударил им Геранда в грудь. Он постарался не задеть ничего жизненно важного, только мясо у плеча. Геранд подавил боль, когда кровь залила фиолетовые одежды.
— Люди всегда будут бояться меня из-за тебя, — сказал Аргон. — Вот почему я могущественнее тебя, могущественнее Ролэнг, могущественнее даже короля. Я не позволю вам вмешиваться в мои дела. Ты играешь в игры, я торгую кровью, и мой сын не одна из твоих фигур!
«Сынок!» — подумал Геранд. — «Он здесь из-за своего сына?»
Кровь отхлынула от лица Геранда. Внезапно у Аргона появилось множество причин убить его. Он надеялся, что пытка не продлится долго.
— Похоже, он сейчас упадет в обморок, — сказала Кайла.
Аргон повернул рапиру, и боль пронзила все тело Геранда.
— Я должен убить тебя, — сказал Аргон. — Но я не буду. Ты слишком полезен мне там, где ты есть. Я хочу чтобы, Ролэнг унижали. Ты в состоянии сделать это для меня, Геранд. Ваше слово-слово короля во всех важных делах. Ты понимаешь, о чем я говорю?
Геранд кивнул.
— Понимаю, — сказал он. — Я не держу на верность Ролэнг. Я могу сделать, как ты просишь.
Аргон хмыкнул.
— Можешь, но будешь ли? Когда я уйду, откуда мне знать, что ты сдержишь свое слово?
— Заложники творят чудеса, — сказала Лейла.
— Ты прав, именно поэтому я уже принял одну.
Они оба замолчали, чтобы Геранд мог понять смысл их слов. Советник переводил взгляд с одного на другого, и сердце его сжималось.
— У тебя есть Марта, — сказал он.
— Дайте ему приз, — сказала Лейла.
— Она будет под моей опекой всю следующую неделю, — сказал Аргон, вытаскивая рапиру из груди Геранда. Он сделал вид, что собирается вложить его в ножны, но вместо этого приставил окровавленный кончик к горлу Геранда.
— Делай, как я сказал, Или я прослежу, чтобы каждый член моей гильдии имел с ней дело, — сказал Аргон угрожающе холодным голосом. — Я ясно выразился?
— Совершенно ясно, — сказал Геранд внезапно охрипшим и слабым голосом.
— Твои приказы просты, — сказала Лейла, когда Трен отступил и бросил рапиру на кровать. — Поток наемников для Сбора Дани прибудет со дня на день, если уже не прибыл. Среди них будут огромные караваны с вином, едой и танцорами. Обложи их всех налогом. Тяжело.
— Но в Ролэнге будет…
Геранд остановился, поняв, насколько глупа его жалоба. Лейла поймала его и рассмеялась.
— В том-то и дело, — сказала она. — Каждый, кого они нанимают, будет требовать больше, чтобы компенсировать налог. Затем вы примете закон, запрещающий более пятидесяти наемников собираться вместе в любом месте, на любом мероприятии или мероприятии.
— Назовем это попыткой обеспечить мир, — вмешался Аргон.
— Ясно, что вы оштрафуете самих наемников, — сказала Лейла. — Пусть беспокоятся о своих карманах.
— Я сделаю все, что смогу, — настаивал Геранд. — Хотя это будет нелегко.
— В-третьих, — сказала Лейла, — и самое главное, в Ролэнге сотни торговцев, которые не платят налоги. Эти деньги пойдут наемникам, а ты годами закрывал на это глаза. Это прекратится.
— Я заберу у них все, что смогу, — сказал Геранд.
Аргон покачал головой.
— Я не хочу, чтобы их облагали налогом. Я хочу, чтобы их арестовали.
