Я стоял в недоумении от этого мужика. Откуда он знал Рэма? Если сравнивать их внешне, то Рэм средних лет, аккуратно одет, темные короткие волосы, уложенные на правый бок, отглаженные брюки со стрелками, белая рубашка, темные туфли, похожие на оксфорды. А он лет на пять или больше старше, с длинными волосами, слегка касающиеся плеч, с бородой, которая была густой и требовала ухода, в клетчатой рубашке с закатанными рукавами, а под ней черная футболка, снизу синие джинсы, немного потертые какие-то туфли, неизвестной мне фирмы. А как он понял, что я не умею играть на гитаре? «…извлекать ноты своей души…» красиво сказал, но все равно, странный какой-то. Ко всему, у него была с собой какая-то коробка.
Через десять минут Рэм и этот мужик вышли со склада, и у меня сложилось впечатление, что они были хорошими знакомыми, которые давно не виделись.
– Ты с ним познакомился уже? – с загадочной улыбкой на лице спросил меня Рэм, когда его знакомый вышел из магазина.
– Относительно, – ответил я.
– Его зовут Оливер Джаз. Он будет продавцом-консультантом, как и ты, только на весь рабочий день. Со следующей недели приступит к работе.
– Хорошо.
– Я думаю, вы с ним сработаетесь, чем-то вы похожи, хотя, возможно, ошибаюсь, – закончив свою фразу, Рэм направился к новому покупателю подсказывать в выборе интересующего его инструмента.
Не так я себе представлял работу. Начальник, с которым я общаюсь на «ты», красивая девушка, с которой все не понятно, и еще странный напарник.
Как Рэм и говорил, в восемь часов мы стали закрывать магазин. Остаток рабочего дня прошел спокойно, я снова был на подхвате и учился, как лучше продать товар, как общаться с посетителями, и чем один инструмент лучше другого. С Лунэсс мы так больше и не разговаривали, да и зачем, если у нее есть тот парень.
Рэм с нами попрощался и пошел домой уже с красиво украшенной коробкой. Это подарок от Оливера жене Рэма, догадался я. Значит они хорошие знакомые или вовсе друзья.
Я не знал, как начать диалог с Лунэсс. Может просто «Пока. До завтра»? Еще сегодня утром был в предвкушении, что провожу ее домой, а теперь находился в унынии.
Тут она прервала мою мысль, начав беседу.
– Ты сегодня другой какой-то. Вчера улыбался, а сегодня грустный, случилось что-нибудь? – спросила она с сочувствующим взглядом.
Действительно, и что же это такое со мной случилось? - подумал я про себя.
– Просто настроения нет, – ответил с грустью и немного с гневом.
– Это плохо. Тебе идет улыбка. Ты будто становишься каким-то особенным и очень добрым, даже если ты не будешь ничего говорить и делать. Надеюсь, до конца этого вечера настроение у тебя изменится, – сказала она очень приятным и мягким голосом.
И я сразу же, как будто по волшебству почувствовал тот легкий и тонкий аромат от нее, который до этого не ощущал.
– Возможно, что-то изменится, – ответил я, сдерживая свое желание улыбнуться ей. Я не хотел, чтобы она увидела, как на меня действует.
– Вот и славно. Я пойду, а то меня ждут. Пока, до завтра.
– Ты снова той же дорогой пойдешь? – спросил я.
– Да, к тете.
– До завтра, – ответил я и побрел по той же дороге, что и утром к себе «домой».
Пока шел, все думал, «к тете», а договаривалась с парнем. Не понимаю. Может это мама того парня? Тогда это все объясняет, она идет в гости к своему парню и его маме.
Заснуть сразу не получилось. В мыслях все вертелся сегодняшний день. Странный мужик, инструменты, тот парень, Лунэсс и маленькая надежда на чудо, что все будет наилучшим образом.
***
Проснувшись утром и выглянув в окно, я сразу обратил внимание на то, что ласточки летали близко к земле, а перья у воробьев были распушенные. Скорее всего, будет дождь. Жаль, что нужно будет брать с собой зонт, ведь после пар идти на работу в непристойном виде нельзя.
Три пары сегодня на мое удивление пролетели очень быстро, так что я даже не устал. Дождя так и не было, хотя я не мог ошибиться, как ни как с самого детства полюбил это явление природы и научился по приметам определять его появление.
Лунэсс уже была на работе и пробивала на кассе скрипку маленькой девочке. Я поздоровался и направился в подсобку, чтобы положить свои вещи.
Минут через двадцать к нам зашел парень и стал присматриваться к гитарам, которые находились в правом углу магазина. В этот момент Рэм вышел на улицу поговорить по телефону.
Это мой первый покупатель, с которым я буду сам общаться. Хорошо, что он заинтересовался гитарами, я про них больше всего узнал, и могу дать неплохой совет, главное не оплошать, – подумал я.
– Здравствуйте, что вы хотите у нас приобрести? – спросил я с волнением.
– Здравствуйте, я бы хотел купить гитару, – неуверенно ответил он.
– А какую? Классическую, акустическую, электронную, басовую или может быть укулеле?
– Я не знаю, какую точно мне надо, классическую или акустическую, – ответил он, запинаясь на некоторых словах.
– Прекрасно, тогда, смотрите. Классика предназначена больше для обучения в музыкальных школах и игре фингерстайл. Это – когда играешь мелодию без слов, – воодушевленно объяснил я парню.
– Мне в музыкальную школу нужно, – ответил он.
