– Мне нужен мед. Прополис. Травяной самогон, – она задумалась о чем-то и вновь кивнула. – Когда очнется, будет страдать от боли, так что нужен какой-нибудь дурман, – Дивника впилась в Асавина бледно-голубым взглядом. – Ну что? Добудешь?
На ее изможденном лице была написана решительность лечить мальчишку до конца, и блондин растерялся. Отказать этим глазам было равносильно членовредительству. Он кивнул:
– Конечно. И еды, так ведь?
Трогательно зардевшись, она отвернулась, но и так было понятно, что еда была бы кстати, только куда все это сложить? Асавин направился к полупустому мешку в углу через застеленный ковром пол.
– Стой! – вскрикнула Дивника. – Не ходи!
Он резко затормозил, едва не ступив на ковер, обернулся.
– Что?
– Там, – она указала на пол. – Там провал. Раньше люк был, а теперь просто глубокая дыра. А внизу торчат острые доски.
Асавин присел на корточки.
– А зачем застелила? – спросил он, сдергивая ковер.
Пахнуло нечистотами. Снова зардевшись, девушка отвернулась к больному. Понятно, использовала как выгребную яму. А на дне какие-то деревяшки ощерились острыми копьями. Видимо, когда-то был подземный ход, а потом заложили всяким хламом. Мда, упади он сюда, мог бы и погибнуть. Он вернул ковер на место.
– Главное, сами не свалитесь. Ладно, пойду, добуду, что велено, – он поморщился, застегивая пуговицы дублета, бок нетерпимо жгло.
Курт вдруг воскликнул:
– Стой!
Асавин обернулся:
– А тебе-то чего?
– Я же не просто так пришел. Морок затевает что-то опасное. Остерегайся Угольного Собора, там что-то произойдет.
Эльбрено кивнул:
– Хорошо.
Он взлетел по ступеням наверх, ощущая ноющую боль в боку и опасение, что опять ввязался в авантюру, что ему не по зубам. И ради чего? Ради взгляда странной девушки. «Ох, Асавин, тебе же уже не шестнадцать, чтобы совершать подвиги во имя каких-то там глаз. Хотя они, надо признать, прелестные». В голове вырисовывался план. Найти Лонана, попросить его отправиться в храм Вериданы за нужным лекарством. А не пошлет ли в Гаялту, после всего, что случилось? Как бы его убедить? Станет ли вообще слушать? Мед, прополис, самогон и еда не проблема, с дурманом тоже все ясно, сойдет и Красный Поцелуй. Вся загвоздка в добыче веридианского лекарства…
Кто-то схватил его за плечо и сильно дернул, едва не лишив равновесия.
– Падла, ты чего не на стреме? Всех нас подставить решил?
Ах да. Он ведь должен был сторожить двери, пока эти два индюка ловят несуществующих шпионов.
– Поймали? – рыкнул Асавин, не обращая внимания на руки, сжавшиеся на плечах. – Где шпионы?
– Нет, – сердито просопел тот, что повыше, и хватка его немного ослабилась. – Не было там никого.
– Не было или не поймали? Я уже доложил Френсису.
Руки исчезли с его плеч. Один индюк посмотрел на другого.
– Не… Ну…
– Что? Не уверены?
Охранник кивнул.
– Ладно, – Асавин стряхнул несуществующую пылинку с плеча. – Я скажу, что ложная тревога, а вы чтобы молчали, иначе все втроем головы лишимся. Усекли?
Они судорожно закивали. Асавин развернулся и пошел в сторону темного мрачного зала, где дрых Френсис, посмеиваясь над двумя остолопами. Он собрался затаиться у входа, чтобы придурки ничего не заподозрили, но, к его удивлению, главарь Висельников вышел из темноты прямо ему навстречу.
– Асавин! – шрамолиций ухватил блондин за многострадальное плечо. – Ты-то мне и нужен.
– Ммм? – только и смог выдавить из себя Эльбрено, стараясь сохранить невозмутимое лицо.
– Ты что, все еще боишься, что я тебя исполосую? – хохотнул Френсис. – Расслааабься. Пойдешь со мной на Угольный Собор. Ты единственный, кто может связать два приличных слова.
«Гаялта тебя изморозь! – чертыхнулся про себя Асавин. – Ну почему снова я?». Он искоса посмотрел на Френсиса. Тот выглядел посвежевшим, веселым и искренне дружелюбным, но Эльбрено прекрасно знал, как быстро у него меняется настроение, и даже дага на поясе не давала чувства защищенности. Куда ему против такого сильного бойца, как Френсис. Благоразумно промолчав, Асавин предпочел подчиниться, но стало неспокойно. Слова мелкого оранганца все еще звучали в голове – держаться подальше от Угольного Собора, Морок что-то замышляет.
Френсис взял с собой восемнадцать бойцов и Асавина, оставив прочих у «Норки», охранять территорию. Как и полагал Эльбрено, главаря сопровождали самые кровожадные, самые отчаянные его Висельники. Пустое бряцанье оружием, но где, как не на Угольном Соборе, еще внушать и подавлять?
Угольный Собор… Как много в этом слове красоты и поэзии, а на деле – сборище негодяев. В последние годы он случался не чаще раза в несколько лет, следуя за громкими событиями и переменами, произошедшими в городе. Сейчас был как раз такой случаи. Укрепление позиций Цитадели и нарушение равновесия Угольного порта грозило многим бандам потерей власти, в том числе и Висельникам.
