– Я не знать… – ответил молодой охотник. – Я… – он запнулся. – Я низкий роль.
– Однако они поставили тебя сюда, в «Гнездо чайки». Тут банда этих Поморников ведет дела с твоим племенем. Значит, не такая уж и низкая у тебя роль. А моя роль действительно маленькая – играть на леаконе и радоваться, что не принудили выплачивать долг собственным телом.
– Телом? – не понял Ондатра.
Итиар изменилась в лице. Словно камень упал в спокойные воды и взбаламутил илистое дно.
– Ты ведь видел здесь девушек? Мужчины покупают их на время, чтобы утолить свои низменные потребности. Не все он пошли по этому пути по своей воле…
Вспомнив слова Дельфина, Ондатра кивнул… Сама идея вынужденного спаривания казалась ему дикой, противной природе, ведь передаваться должно только достойное наследие.
– Ты такое не любить? – спросил он.
– Да, – ответила Итиар. – Это сделает меня несчастной.
После этого разговора Ондатра уже не мог иначе смотреть на коралловых рыбок, снующих между столов. Мысль о том, что их принуждают спариваться и давать совершенно ненужную ни им, ни их племени жизнь, вызывала в нем все новые вопросы. Как могут люди, которые так серьезно относятся к родственности крови, настолько жестоко и бездумно распоряжаться своим наследием? От этих идей пахло нечистотами Угольного порта.
После того как Ондатра выучил ритуальное слово «спасибо», он заметил, что Водолей и другие завсегдатаи «Гнезда» изменили к нему отношение. Подумав немного, молодой охотник решил заняться воспитанием Керо. У малька было удачное телосложение, широкие плечи, развитая грудная клетка, и это обещало ему неплохое будущее воина.
– Идти, – кинул он Водолею перед открытием «Гнезда».
Тот скрестил руки на груди и свел густые коричневые брови. Ондатра давно понял – это знак протеста.
– Идти, – жестче повторил он и кивнул на палку в углу. – Брать это.
Копья для малька у него не было, но для начала сойдет.
– Брать рука. Нет, брать так, – он поправил Керо, которой по привычке собрался было подмести пол. – Я утьить сразаться.
– Метлой?
– Это так звать? Не вазно. Драться любой твердый палка. Смотри!
Ондатра ловко перекинул копье из руки в руку, белый наконечник рассек воздух, блеснув на ярком полуденном солнце. Малек заворожено наблюдал за этим.
– Красиво? – спросил Ондатра. – Хотеть такое?
Водолей коротко кивнул.
– У тебя будет, если наутьищься.
Глаза Керо вспыхнули на мгновение, а затем погасли, густые брови снова сошлись на переносице.
– Врешь, – сказал он. – Не может быть, чтобы авольдаст подарил копье человеку. Вы своими игрушками страсть как дорожите, я слышал.
– Я не врать, – возразил Ондатра, стукнув древком по полу. – Я слышать, ты нет семья. Я тебя утьить, и ты стать тьасть семья. Знатьит, тебе нузно копье.
– Ты сам себя слышишь? – скривился Водолей. – Да кто меня примет? Я даже людям не нужен.
– Я – не тьеловек, – сказал Ондатра, нависнув над ним. – Мое слово – кость Изветьный. Я утьить, а ты сам потом рещать. Главное, ты иметь зуб, острый и умелый. Проще зизнь.
Керо запрокинул голову, глядя прямо в серебристые глаза с узкими прорезями зрачков, а затем криво усмехнулся.
– Мне ведь все равно терять нечего, так ведь? – сказал он со странным весельем в голосе. – Почему бы и не стать немного авольдастом, так?
– Так, – ответил Ондатра, дружелюбно ему оскалившись.
К беседам с Итиар присовокупились тренировки с Керо. Малек оказался смышленым, упрямым, вспыльчивым и целеустремленным. Внутренняя кипучая злость гасила в нем боль от ударов, заставляя каждый раз подниматься и продолжать. Он был не так быстр и силен, как член племени, но сполна компенсировал это костяным упрямством и акульей целеустремленностью.
– Удивительное у вас оружие, – заворожено сказал Водолей, рассматривая копье на отдыхе после очередной тренировки. – Древко такое гладкое, а наконечник… Правда, что он керамический? Всегда было интересно, как вы керамику обжигаете? У вас же и печей-то нет.
Ондатра издал переливистую трель смеха, хлебнув из бурдюка.
– На ващ язык нет слова, тьтобы сказать, тьто это. Мы называть керамика, потому тьто похоже. Мы нитьего не зеть, все давать море. Надо знать, где брать. Это, – он любовно провел по наконечнику копья, – раковина, необытьный. Она расти, как приказать. Надо уметь. Это вазное знание. Древко – кость Изветьный, и есть один секрет, – понизив голос до шепота, Ондатра вдруг разломил копье пополам.
Керо ахнул от неожиданности, а затем с удивлением посмотрел на две половины в руках молодого охотника. На конце одной был наконечник копья, а на конце другой – ровный белый штырь.
– Зуб Изветьный, – объяснил Ондатра. – Каждое копье так делать, если надо, а затем, – Ондатра совместил две половины и с тихим скрипом свинтил воедино.
