– Ц-ц-ц, ты делаешь себе только хуже… – По телу пробегает дрожь от горячих прикосновений Артема. Пробравшись под майку, он оттягивает чашечку бюстгальтера в сторону, освобождая налившуюся грудь. Соски мгновенно твердеют, а по позвоночнику проходит сладостная дрожь. Яростно дыша, ненавижу себя за то, что начинаю заводиться, отчетливо ощущая каменную эрекцию Князева. – Моей девочке нравится, когда я делаю так. – Обхватив ноющий сосок, он начинает прокручивать его в своих пальцах; возбуждение концентрируется внизу живота, утяжеляя дыхание. Стискиваю челюсти, пытаясь отогнать это жгучее чувство, но бесполезно: процесс запущен.
Он пытался убить нас обоих, а я забыла об этом моментально, как только его проклятые грабли начали ласкать меня. Я такая же больная, как и он! Хватит это отрицать! Каждый раз тело откликается на него, как будто у меня стокгольмский синдром!
– Мне. Не. Нравится! – обманываю не только его, но и саму себя, ведь я снова проиграла в очередной битве, и сбившееся дыхание тому подтверждение.
– За ложь я наказываю, Сар. – Жадный рот накрывает мой в таком грязном, влажном и страстном поцелуе, что я совсем перестаю соображать, теряясь. – Ты хочешь, чтобы я тебя наказал? – надсадно дыша, хрипит Князев.
– Меня и так жизнь наказала, подсунув тебя. – Дрожащей ладонью пытаюсь отодрать от себя его лицо, но, естественно, он не сдвигается ни на дюйм. Все-таки капля здравомыслия еще присутствует, раз я пытаюсь сопротивляться.
Пространство заполняет низкий смех Князева от сказанных мною слов; вибрация от его тела передается мне, распаляя и заставляя еще сильнее ненавидеть его и себя. Почему?! Почему я так страстно желаю его?! Почему хочу, чтобы он ворвался в меня, тараня своим членом?! Почему хочу почувствовать его тяжелое тело на себе в момент, когда он бурно кончает?! Что Артем сделал с моим телом? Каким образом подсадил на себя, как на наркотик? В какой момент я потеряла власть над собой? Ведь он – редкостный мудак … и любит другую, а я… а я снова ощущаю себя преданной собственным телом, и от этого хочется волком выть.
– Знаешь, дам тебе право выбора: че хочешь – анал или минет? – будничным тоном, словно речь идет о погоде, спрашивает Князев, поднимая темный дьявольский взгляд, а меня словно кипятком ошпаривает.
Это шутка?!
У меня непроизвольно вырывается нервный смешок на грани истерики, но когда я понимаю, что Артем вполне серьезен, дергаюсь всем телом, пытаясь высвободиться. Однако его крепкие руки стальными тисками сжимаются на талии, удерживая меня на месте.
– Ты не можешь меня заставить! – Зная, что как раз таки может, отрицательно качаю головой. – Я не буду. Это… это омерзительно!
– За закрытыми дверьми между мужем и женой нет ничего омерзительного, Лиса. – Губы Артема нащупывают нежную кожу за ушком и принимаются ласкать ее.
Опьяняющие движения заставляют мозг начать плавиться; хочется просить, чтобы он не останавливался, чтобы вернул руку под маечку… Он точно гипнотизирует меня, так и манит в сети разврата, куда я сама и бегу, как мотылек, летящий на огонь. Приоткрыв рот, глубоко дышу, закрыв глаза. Арт, словно услышав призыв, одной рукой пробирается за резинку брюк, а затем под трусики.
– Я… сказала… нет… – Каждое слово дается мне с трудом; умелые пальцы Артема нащупывают самую чувствительную точку и принимаются ее массировать, а я не замечаю, в какой момент начинаю ритмично двигать бедрами навстречу ему, чтобы усилить трение и ощущения.
– В твоем лексиконе не должно быть для меня слова «нет»! – Хриплый голос подсказывает, что Князев и сам на грани. Еще чуть-чуть, и он окончательно потеряет контроль над собой.
– Ты можешь об этом только мечтать, Арт! – язвлю я, несмотря на то что мое тело вздрагивает от удовольствия.
Весь низ живота опоясывает дикое чувство максимального возбуждения, когда уже кажется, что если сейчас не получишь разрядки, то взорвешься. Закусываю губу до боли, не в силах больше терпеть эту сладкую истому.
– Базара нет, я и сам могу выбрать! Твой грязный ротик давно заслуживает быть хорошенько оттраханным. – Не успеваю я переварить сказанное, как Артем вытаскивает из трусиков руку и, надавив мне на челюсть, проталкивает в мой рот два пальца. Вкус собственного возбуждения будоражит рецепторы и обо-няние.
По ощущениям на меня словно ушат ледяной воды вылили – так быстро и резко я прихожу в чувство от произошедшего. Распахнув в ужасе глаза, хватаюсь за кисть Артема и отбрасываю ее. Возбуждение как рукой снимает, когда я смотрю на ухмыляющегося подонка.
– Пусть тебе твоя Делла подставляет задний проход и встает на колени, понял?! – Пытаюсь отлипнуть от стола и отодвинуть от себя ненавистного мужа, а гнусные слова так и льются из моего рта на автомате. Омерзительно произносить и представлять это, но я перестаю себя контролировать. Яркими вспышками фантазия рисует ту самую блондинку, стоящую на коленях перед Артемом. По венам бежит раскаленная лава, жгучая – мать его! – ревность захлестывает с головой.
