— Половинка… — мой тяжёлый вздох как нельзя соответствовал настроению, — вот кто бы мог подумать, что подобная дичь может оказаться правдой?!
Согласно запутанной и весьма старой легенде, некогда люди представляли собой совершенно иных существ. Двуединых в одном теле. Могучих, мудрых и совершенных настолько, что тогда ещё молодым богам эти существа внушали угрозу. Не знаю, насколько точно легенда отражала события тех времён. Боги настолько опасались человеческих прародителей, что задумали и осуществили коварнейший план, разделив двуединых напополам. И тем положили начало существованию новой, куда более слабой расы. Потомки двуединых остро ощущали свою неполноценность — память крови нашёптывала об утраченных возможностях, будоражила воображение и не давала забыть, управляя людьми на уровне инстинктов и подталкивая к поиску утраченной половинки.
Дедушка Хандзо тонко намекнул — отыскать свою женщину не так сложно, как научиться взаимодействовать с ней. Единение душ в следствии ритуала стало лишь первой ступенью и впереди нас ожидало ещё множество трудностей и преград…
— Лео! Лео! — требовательно звала Алекса, выдернув меня из задумчивости за рукав пальто, надетого по случаю запланированного визита к князю Морозову. — У нас проблемы!
В подтверждение своих слов девушка сунула мне под нос свой смартфон с открытой перепиской. Непонимающе уставившись на дисплей, я сфокусировал взгляд на имени контакта и вопросительно изогнул бровь:
— Брат 3? Ты же говорила, что у тебя их только двое.
— Это Герхард. Младший, самый вменяемый и сообразительный. Ты всё прочитал?
Мой взгляд вновь переместился на смарт, пробежался по строчкам последнего сообщения и не отыскал причин для беспокойства.
— Мои старшие братья, Адольф и Арнольд, уже в Сибирске. Отец в курсе. И если ты помнишь, я официально помолвлена. Не с тобой! — глухо зарычала Алекса, видя моё непонимание. — Они разнесут здесь всё, чтобы вернуть меня домой и отдать Шереметьевым!
Поперхнувшись от неожиданности, я рефлекторно поправил тугой воротник рубашки и скривился:
— Пусть только…
— Это мои родные братья, Лео! Их нельзя убивать!
Алекса развила неожиданно бурную деятельность, заметавшись по квартире и спешно облачаясь в форму. Происходящее начинало меня раздражать. И в этот момент заиграла мелодия на моём смарте.
— Лёха, мне немного некогда, — быстро сказал я, принимая вызов, — перезвоню позже!
— Боюсь, что позже актуальность моего звонка перестанет быть столь животрепещущей, друг мой, — нервно хохотнул староста, — а может и звонить будет некому!
— Что случилось?
— У нас дуэль. Я не мог отказаться. Два на два. Через полчаса. Площадь Восстания. Жду…
Короткие гудки сброшенного вызова прервали мой так и не заданный вопрос. Алекса бросила на меня тревожный взгляд и я ответил ей утвердительным кивком.
Она не ошиблась. Проблемы уже начались…
— Еду с тобой! — сказала Алекса тоном, не терпящим возражений. — Может у меня получится уладить всё миром?
Примерно две сотни лет назад в Российской Империи произошло одно из крупнейших народных восстаний против имперской власти и династии Рароговичей. Тысячи людей выходили на центральные площади больших и малых городов, блокируя правительственные здания — с оружием в руках, требуя перемен, ни капли не сомневаясь в собственной правоте и намереваясь идти до конца. В тот день, 14 декабря, окончательно рухнуло крепостное право, а кланы аристократии резко утратили главенствующее положение в стране. В тот день династия Рароговичей обрела полноправных граждан и хороший противовес во внутриполитических играх. В память об этом, в каждом городе появилась площадь Восстания.
Монумент павшим революционерам Сибирска внушал почтение и трепет — скульптурная группа, представлявшая собой сборище представителей всех социальных классов Империи, возвышалась над немногочисленными прохожими, подавляя их габаритами и грубостью форм. Стоя у подножия памятника, я невольно ощущал себя лилипутом, вместе с тем отдавая дань уважения неизвестным мастерам, что сумели столь достоверно передать участников памятного Восстания.
— Традиции Империи удивляют меня всё больше. Назначать встречу перед дуэлью, да ещё в центре города… — поделившись мыслями, я обрдряюще хлопнул Соколова по плечу. — Ты не виноват. Сожалею, что дружба со мной неизбежно приносит тебе неприятности.
— Это неофициальные традиции, Лео. — отозвался рыжий, рассеянно раскручивая в руке карманные часы на длинной цепочке. — Несмотря на Уложение, дозволяющее аристократом самостоятельно улаживать вопросы чести, конкретно наша дуэль относится к разряду неофициальных и запрещённых. Согласовать её условия перед зданием правительства… — Лёха замялся, не зная как объяснить очередную дворянскую блажь и в итоге брякнул как есть, — вопрос престижа, особенно среди молодых аристо!
