Я наклонился и мягко накрыл его губы своими губами. Я попытался скрыть свою жажду власти и агрессию, и только сжал его чуть сильней.
Горячий язык все еще нерешительно ответил мне на вторжение, нежно прошелся по моему языку, сплетаясь и сметая своей робкой лаской мои иллюзорные барьеры.
Я подхватил его под попу и посадил на ажурный столик, не отрываясь от губ. Он не сопротивлялся моему напору, пока еще еле заметному, но я ощущал, что этот вулкан начинает разгораться внутри меня все сильней с каждой минутой его ответной реакции.
Я отстранился и обхватил его лицо руками, он смотрел на меня смущенно и в тоже время довольно.
- Манипулятор. – С восторгом прошептал я и снова накинулся на его сладкие губы. – Я ведь не удержусь и поведусь на твои уловки… - он прикусил губу и, отстраняясь, уткнулся мне в плечо.
- Поведись.
- Впервые вижу тебя таким, Мишель.
Он лишь вздохнул, обхватил меня за талию ногами и притянул к себе.
- Можно я побуду сегодня вечером именно таким, хозяин? – тихо-тихо.
- Можно.
Я прижал его за ягодицы к себе вплотную и прикусил услужливо подставленную шейку, мочку ушка. Я слышал, как он затаил дыхание, как все его существо в нетерпении трется об меня.
Я достал смазку из внутреннего кармана пальто и положил рядом, и моего мальчика аккуратно уложил на столик. Наклонился над ним и, продолжая покусывать кожу, спустился по шее к ключице. Нарочито медленно, сладко, чтобы Мишель прочувствовал весь спектр моего желания.
Уже достаточно стемнело, и было прохладно, из его приоткрытых губ вырывались облачка пара, но он был горячий от страсти, циркулирующей между нами.
Я расстегнул пуговицы на его джинсах, и он приподнял попу, я приспустил их и также быстро расстегнул свои брюки, извлекая эрекцию и тут же смазывая ее смазкой.
Мишель замер, когда мои влажные пальцы прошлись по его промежности, покружили около дырочки.
- Расслабься.
Он ничего не ответил, только закусил губу сильней, я улыбнулся. Он ожидает боли. Он всегда ждет ее, когда я действую вот так спонтанно, но сегодня я решил удивить его.
Я повернул его ноги немного набок. Чтобы не раздевать его, и накрыл собой, мягко и медленно ввел в него головку, Мишель удивленно раскрыл ротик.
А я продолжал входить в него, действуя медленно. Немного раскрывая его для себя, руками поддерживая, а губами лаская. Как только я проник в его горячее желанное тело, я понял, что он снова плачет.
- Мишель, я же обещал, ты снова забыл, что я говорил тебе?
- Нет, я просто не ожидал. Аммм… - толчок был не резкий, а наоборот, я пытался показать ему, что мои слова не просто пустой звук в огромной комнате. Что я действительно хочу дарить ему наслаждение и счастье. Пусть за это время мы привыкли друг к другу заново, но все также иногда я ловил его затравленные взгляды.
Хочу, чтобы все исчезло, и он смотрел на меня только с любовью.
- Люблю тебя. – Еще один плавный, глубокий толчок в его тело.
А он только открывает рот в немом крике восторга, тонкими пальцами вцепившись в столешницу над головой, он отдавался мне, совершенно не понимая, что я тонул в нем с каждым толчком все больше и больше.
Те слова, которые я шептал, теперь давались мне не то, что легче, а просто я вкладывал в них больше. Всего себя.
Мишель старался стонать тише, но с каждым толчком моих бедер, он выгибался сильней и с его губ срывались громкие стоны.
Я не ускорял движения, не хлопал его по ягодицам, мне было достаточно того, что он давал мне в эту минуту. Его нежная кожа под моими ладонями, его несдержанное дыхание и скрип ажурного столика в темноте городского парка.
Я почувствовал приближение волны оргазма и выскользнул из него, обхватил влажный ствол и сделал всего несколько движений вверх-вниз – кончил. Мишель лежал на столе и тяжело дышал, глаза закрыты. Я улыбнулся и наклонился над ним, вобрал нежную головку в рот. И снова тихие всхлипы, и он на пике хрипло прокричал:
- Микки… люблю! – я отстранился и подтянул его джинсы на уже прохладные ягодицы, и распахнул свое пальто, укутал его, прижимая к себе. Мишель продолжал тяжело дышать, вцепился в меня. – Не отпускай меня…
- Не отпущу. – Пообещал я в его волосы.
Собственно, это было правдой, я уже никуда его не отпущу.
Домой мы вернулись поздно, и я сразу отправил Мишеля в ванную греться. Проверил автоответчик и убедился, что Эд в своем репертуаре и мама просит меня заехать на неделе, вошел на кухню.
На обеденном столе сидела Морис, и смотрела на меня очень разочарованным взглядом.
- Да, я знаю, что ты голодная и нечего на меня так смотреть. – Ответил я на этот взгляд.
Насыпал ей корма, и она, с грозным мявком, принялась за поглощение позднего ужина.
А я вдруг замер посреди кухни. Меня пронзила мысль о том, что в ванной на втором этаже находиться дорогой мне человек, а я тут разговариваю с кошкой.
Я развернулся и кинулся наверх, влетел в спальню, скинул верхнюю одежду и открыл дверь в ванную комнату.
