Дрей же, наоборот, сел и, с улыбкой на губах, наслаждался зрелищем «Мишель застенчиво знакомиться с родственниками».
Риана и мама тут же оккупировали его, Пенс быстро потеряла интерес к парню брата. Ее намного больше заботили куклы в углу комнаты, и я остался наедине со своим прошлым.
Золотые глаза прожигали меня гневным огнем.
- Давно хотел поговорить с тобой наедине, Микки. – Дрей ловко подхватил меня под локоть и увел в спальню, прилегающую к гостиной номера.
- Тебе показалось мало вычеркнуть меня из жизни моей семьи, отправив в ссылку, Дрей? – я отстранился от него.
- Ты выглядишь счастливым в этой ссылке, в которую, кстати, тебя отправил мой брат.
- Благодаря тому, что встретил Мишеля.
- Разве?
- Дрей, давай прекратим все эти светские расшаркивания. Чего ты хочешь? Понять, правда ли Мишель счастлив? Отвечу – да, счастлив. Узнать, почему мы вместе? Так, по-моему, он уже ответил тебе на этот вопрос.
- Нет. Я хочу понять, как ты его заставил? Я помню, какой он был тихий, испуганный, забитый и помню, как твои парни тащили его, рыдающего, к тебе в комнату… Поверь, я сделал правильные выводы. И после всего, что ты совершил, он прижимается к тебе, как котенок. Я не могу поверить, он мазохист?
Я рассмеялся.
- Дрей, а какое тебе дело до него? – этот вопрос был задан не из ревности, а просто потому, что мне хотелось знать. – Вы ведь даже не дружили.
- Это здесь не причем, просто мне казалось, что ты - последний человек на земле, кого он выберет.
- Ты ошибся.
- А ты?
Мы стояли на расстояние шага друг от друга, я чувствовал его мятное дыхание, еле уловимый миндальный аромат, видел расширенные зрачки, делающие глаза черными с золотой каймой. Я не заметил, как участился пульс, и нахлынули давно погребенные воспоминания.
Я прикрыл глаза и сделал шаг назад, чтобы не совершить последнюю глупость в жизни и не потерять только недавно обретенное доверие моего Мишеля.
Дрей в свою очередь тоже сделал шаг от меня и фыркнул, отвернулся. Золотые волосы рассыпались волной по плечам от движения головы.
- Я не ошибся. Единственная моя ошибка была в том, что сразу не рассмотрел в нем человека, который достоин моей любви.
- Как был эгоистом, так и остался.
- Какой есть.
Он улыбнулся и покачал головой.
- Надеюсь, что ты не делаешь ему больно, он достоин большего, после всего, что пережил в те времена. Я не имею права вмешиваться, но уверен в том, что делаю правильно.
- Дрей, давай, твоя семья не будет больше влезать в мою жизнь?
Мы говорили чуть насмешливо, но спокойно.
- Уж прости, Микки, но я теперь часть твоей семьи. – Открыто улыбаясь, ответил он мне.
Я застонал.
- Не может этого быть!
Мы рассмеялись.
- Ты забыл, что твоя сестра замужем за братом моего любимого человека? – ухмыляясь, спросил Дрей.
- Любовь кружит голову.
Он вдруг стал абсолютно серьезен, я даже удивился.
- Микки, он действительно дорог тебе?
- Ты у нас кто? Мать Тереза? – я прислонился к столбику кровати и, смотря на него, четко ответил: - Это не твое дело, но мой мальчик обозначил нашу позицию куда ясней. Ты ему не веришь?
- Я не доверяю тебе, потому что знаю, на что ты способен, вот и всё.
- И опять же лезешь в не свое дело. – Я перестал улыбаться и подозрительно спросил: - Как у тебя в личной жизни?
- Всё прекрасно. – Удивленно ответил Дрей, потом вдруг приоткрыл рот: - Ты, что думаешь, я интересуюсь Мишелем в личных целях?
- А что мне еще думать, Браун?
- Уволь меня от этого, Фрейм! Для меня существуют только два мужчины, а вот в твоем случае – это далеко не так!
Я вздохнул, собственно, я действительно не должен отчитываться перед ним, но какая-то, глубоко сидящая и давящая, мысль проскользнула в голове.
Он нравился мне, одно время я даже считал, что люблю его, но потом, после свадьбы и переезда, я понял, что Дрей не тот человек. Не потому, что был занят, это легко исправить, а потому, что моя судьба не в золотых глазах, а в светло-голубых с серым отливом.
Я улыбнулся. Доказать сейчас Дрею, что я могу быть человечным, я, конечно, мог, но смысла не видел. Он всё равно будет считать меня чудовищем, растоптавшим его достоинство.
Что тогда произошло, я помню смутно, потому, что в моем сознании только Мишель. Я разобрался в этом недавно, и это осознание стало для меня роковым, я четко понял, что любил его уже в тот момент, когда ломал под себя.
А Дрей?
Был просто моментом неясности. Пятном.
- Могу сказать, что ты ошибаешься и, брызгая слюной, доказывать, что он для меня один единственный - я не собираюсь. Но мы знакомы не один год, Дрей, и ты прекрасно знаешь, если мне кто-то или что-то нужно, оно у меня появляется. Мишель, в данной ситуации, мне не просто нужен, а необходим. Можешь сказать своему брату, что его урок я выучил наизусть и даже немного благодарен за методы обучения.
- Я передам.
Дверь приоткрылась и в проеме появилась головка Пенс:
- Микки, Дрей, мама сказала, что это невежливо - оставлять мальчика на растерзание двум женщинам.
Дрей хмыкнул, а я подошел к сестре и подхватил ее на руки:
- Как учеба, малышка?
