– Тоже волосы отпустила? – Начала вновь Октис.
– Как видишь, только с боков скоблю. Собираю, что есть в хвост.
– А я так. Без хвоста...
– Тоже прячешь
Снова пауза.
– А мне всегда хочется встретить своих, Крик.
– Встретить наших – это хорошо. Но ты же понимаешь, что мало кто из наших хочет встретить именно тебя.
Октис чуть опустила голову, поджала губы.
– Понимаю. Но все же...
Опять молчание.
– Чем живешь, Октис? Что делаешь в Старом Ключе?
– Да так, таскаю разные специи между городами и селами. Куплю у крестьян подешевле, продаю купцам подороже. Но ценою проще, чем у перекупщиков.
– А перекупщики-то что?
– Когда как: когда тихо, а иногда и тяжело бывает.
– И хватает?
– Хватает. Жилье оплатить, поесть. На седлонога порядочно уходит. И так еще что-то остается.
– Седлонога купила?
– Ну, не то чтобы купила...
– Понятно.
– Нет, это был… обмен...
Пауза.
– А ты тут чем занимаешься? Кто еще с тобой?
– А откуда ты знаешь, что есть кто-то еще?
– Меня тут все приняли за вашу компанию. Поэтому я сюда и поднялась.
– Хмм, – фыркнула Крик, – нас тут всего двое, а они каждую бабу с татуировкой на лице к нам приписывают. Тут я и Дара Красная. Мы... охранники.
–
– Да, личные охранницы одного уважаемого в городе человека.
–
– Да. Что-то еще?
– Этот Лезв... местный большой... главарь...
– Почему ты так решила?
– Это жилье над корчмой в этом унылом квартале. Охранники. Люди его боятся и вас тоже – одного только вида Змей. Уж не хлебом он тут торгует.
– Ты сама знаешь, что нам найти работу сложно! – Вместо ответа процедила Крик. – И эта не такая уж плохая.
– И где же он?
– С Дарой уехали.
– А ты тут спишь на циновке. Где твоя одежда?
Крик махнула головой. В темноте Октис разглядела слабо узнаваемый нагрудный щиток Змей.
– И что это?
– Нагрудник. – Прошипела Крик.
– Тут же все сиськи открыты!
– Мы переделали с Красной форму. Ты же знаешь: щиток наш – не самая удобная штука, особенно когда нет никого, кто бы помог снять и одеть.
– Я и сама его переделала, но грудь-то к чему открывать? Чтоб кулаки пружинили?
– Тут не приходится ждать прямого выпада. Больше заточки в бок. – Крик вздохнула. – Так Лезв захотел...
– А где вся остальная форма? Так Лезв тоже захотел?
– Остальную форму не меняли! – Отрезала она.
Крик изменилась в голосе и стала тяжелее дышать.
– Ну а где она? – Октис не собиралась останавливаться.
– А тебе не кажется, что ты уже перестаралась? Не пошла бы ты к Богам со своими вопросами?!
Крик уже смотрела на нее с нескрываемой злобой. Запас ее холодного спокойствия иссяк. Она немного помолчала, собралась с силами и продолжила:
– Он забрал мою одежду за то, что я ему перечила. И уперся с Дарой. Понятно? Да?! Лезв не нанял бы нас просто так. Ты этого от меня добиваешься?
– Ты – голая в этих его палатах. Ждешь его, как сука послушная? И что – как он придет, ноги раздвинешь?
– Октис, меня не волнует, что твое лоно сохнет без дела! Так с чего тебе можно лезть ко мне между ног? Может это все мне нравится? Может я, наконец, получаю удовольствие от жизни?!
– И то, что тебя тут наказали, отобрав одежду, чтобы ты из покоев не выходила? Ты же воин царской армии!
– Что? Да это смеха ради, а не жестокость! Ты вспомни наши наказания! Октис, я помню и тебя наказывали. Что с тобой там делали? А?! Да так, что ты по виду до сих пор не отошла. И ты забыла? А? Нет, мы уже давно не перволинейные! И никто еще из нас – кроме тебя – не забыл в чем дело. К Богам твое осуждение!
Октис ничего не ответила, ком в горле мешал ей дышать. Ком – от всего. Что Мишень вспомнила то совсем далекое время. Что ее обвинила. Что сама надавила и осудила, хотя ей хотелось просто поговорить.
Они молчали – все также напряженно.
– Октис, свиделись и вали отсюда. У нас другая жизнь и не факт, что хуже твоей. Лезв с Дарой вернутся. Лезв, может, тебе начнет работу предлагать. А ни тебе, ни ему это, на самом деле, не надо. Начнешь Дару еще осуждать, а она легка на действия. Ей не сдались твои слова, и ненавидит она тебя гораздо больше. Простыми приемчиками тут не обойдетесь.
Октис встала, поправила полы юбки.
– С меня не взяли денег за постой и еду...
– И Боги с ними, – цыкнула Крик, – считай, что за счет заведения. По старой
Гостья повернулась к выходу и уже взялась за ручку двери.
– И еще... я ищу Сейдин.
– Я не видела ее с того момента, как ты зашла во Внутренний Сад. – Отмахнулась Крик.
– Ясно... знаешь еще про кого из наших?
– Ты смерти своей ищешь? Хорошо, я тебе подскажу. Знаю: в Каменном лесу, что в западных царствах, отшельничает Втора Птащ. Дорога не близкая, места опасные, а главное: Птащ тебя ненавидит еще больше, чем мы вдвоем с Красной и ты сама себя вместе взятые. Но ведь она ладила с твоей… твоим вестовым. Ведь так?
Октис вышла и стала спускаться по лестнице. Несколько сезонов она ждала встречи с кем-нибудь из Змей, но не думала о том, что будет дальше.
Она вышла в трактир. Народу стало меньше. Тише. Но на пути к лестнице возникла мужицкая спина.
– Пошел вон с дороги! – Прорычала Октис.
