– Как ты сюда попал? Охотился? – Иона указала на свою находку: – Я наткнулась на сумку неподалеку. Наверное, это твоя?
Вейлин открыл рот, намереваясь ответить, но так и не произнес ни слова. Он наклонил голову, словно пытаясь что-то вспомнить, и нахмурил брови. Забрал из рук Ионы сумку, покопался в ней и вытащил на свет черную холщовую рубаху. Осмотрел ее и снова задумался. Наконец, словно признавая очевидное, он признал:
– Я не помню.
– Не помнишь? – Иона скрестила руки на груди. – Уж не врешь ли ты, часом?
– Клянусь Езусом, я правда не помню, – горячо заверил Вейлин, сделав шаг вперед к Ионе.
Та, напротив, отступила назад. От резкого движения в ее сумке затрещала собранная ивовая кора.
– О боги, Дей! – встрепенулась Иона. – Мне пора!
Забыв о неожиданном знакомом, она что есть мочи побежала к дому. Ручей, три ели, старый пень… и вот она уже оказалась возле хижины. Тихо открыла дверь и вошла.
Весь в слезах к ней подбежал Дей, обнял ее и уткнулся лицом в живот.
– Сестрица, где ты была? Я проснулся, в доме темно, а тебя все еще нет!
– Я… встретила друга… и немного задержалась, прости меня, малыш. – Иона и сама была готова расплакаться.
Все напряжение ночи будто схлынуло с ее тела, и ноги перестали держать. Прямо на пороге дома она опустилась на колени, но брата из объятий так и не выпустила.
Отстранившись, Дей поднял голову и уставился за ее плечо.
– Иона, кто это? Это он – твой друг?
– Что? – Она растерянно оглянулась. – О ком ты…
На крыльце, переминаясь с ноги на ногу, стоял Вейлин. Он протянул Ионе несколько баночек, которые, по-видимому, выпали у нее во время бега.
– Э-э-э, вот… ты потеряла.
– Да, спасибо. – Она взяла баночки. – Ты что, бежал?
Ответ был очевиден, поскольку раны снова открылись и Вейлина слегка потряхивало. Да и прямо он держался, похоже, из последних сил. Охотничья сумка в его правой руке покачивалась вместе с хозяином.
– Иона, кажется, твоему другу плохо, – прошептал Дей, дергая сестру за подол платья.
Мысленно взвесив все за и против, она вздохнула. Безусловно, опасно было пускать в дом незнакомца, о чем справедливо напоминало саднящее горло. Но оставлять его ночью в лесу, раненого и потерянного, не позволяли совесть и долг целителя.
– Я впущу тебя, Вейлин, – осторожно проговорила Иона, взяв в руки нож со стола. – Но учти, у меня есть нож, и я умею им пользоваться.
– Иона, это нож для сбора трав, – с опаской заметил Дей.
– Тихо, – осадила она и ткнула маленькое оружие в обнаженную грудь нового знакомого. – Без глупостей. Выпьешь настой от лихорадки, а после – вон!
Вейлин поднял руки, словно сдаваясь, и кивнул. Казалось, все лукавство исчезло из его взгляда в тот момент, когда он осознал потерю памяти. Вейлин переступил порог и закрыл за собой дверь. Оглядевшись, приблизился к массивному, грубо сколоченному деревянному столу и устало опустился на лавку возле него. Сунул руку в сумку, достал рубашку и осторожно, стараясь не касаться ран, накинул ее на себя.
Все это время Иона внимательно наблюдала за ним, выискивая признаки злого умысла. Наконец, не заметив ничего подозрительного, она отпустила брата и подошла к стоявшей в углу маленькой печке. Развела огонь, чтобы согреться. Вскипятив воду, она принялась уверенными движениями натирать, измельчать и чистить ингредиенты. Рутинная работа помогала, постепенно мысли перестали хаотично мелькать в голове, а привычное рукам и разуму дело успокоило стучащее сердце.
– Что это за место? – внезапно подал голос Вейлин.
– Небольшая деревня Перт. – Подняв глаза, Иона отметила, что за время работы он успел надеть простые кожаные штаны и невысокие сапоги, явно найденные в сумке. А теперь сидел с закрытыми глазами, привалившись к стене. – Мы недалеко от замка Ирстен.
Вейлин кивнул, словно названия были ему знакомы.
– А ты сам откуда? – поинтересовалась она. – Явно не местный.
Не открывая глаз, Вейлин ответил:
– Я много где жил. Но последние годы в Белфасте.
– Не слышала о таком поселении, – задумчиво протянула Иона.
Впрочем, это было не удивительно, поскольку деревни и небольшие города Альбы были разрозненны и находились достаточно далеко друг от друга.
– Что последнее ты помнишь? – вновь обратилась она к гостю, разминая уставшие плечи.
Им с целителем Тревором несколько раз приходилось встречаться с утерей воспоминаний, но все они появлялись либо после тяжелых травм головы, либо у стариков.
– Я… я вернулся с охоты. Скудный улов, заяц да пара белок. – Он поморщился. – Обычно мне везет гораздо больше. Зашел в дом и сразу понял, что внутри кто-то есть. И он ранен.
Внимательно слушая, Иона перестала помешивать кипящую жидкость. В тишине отчетливо прозвучал кашель Дея, и она, нахмурившись, вернулась к работе.
– Так вот, – Вейлин наконец-то открыл глаза и запустил руку в волосы, – оказалось, в дом проник мой наставник.
– Тот самый, что дал тебе имя? – вспомнила она.
Отвар был готов, и Иона разлила его по кружкам. Одну из них поставила на стол перед Вейлином, а со второй направилась к кровати брата.
