– Эй, ну чего вы тут развели демагогию! – Андрей и Наташа уже сидели за столиком и держали стаканчики наготове.
Погода была отвратительной. Холодный, пронизывающий до костей ветер гнал по серому небу тяжелые тучи. Саня шла, дрожа всем телом и задыхаясь от встречных порывов. Перед тем как войти в калитку, она бросила взгляд на почтовый ящик.
«Письмо!» – вынула и, увидев знакомый почерк, прижала к сердцу.
По длинному узкому коридору в сопровождении медсестры шла девушка в белом халате, накинутом поверх скромного платья, которое ей очень шло. Ее густые волосы были собраны в пучок, по серьезному лицу скользила тень тревоги. Девушка была настолько занята своими мыслями, что чуть не пролетела мимо палаты, возле которой остановилась медсестра.
– Девушка, нам сюда, – окликнула она ее.
– Ах, да-да… – рассеяно произнесла девушка и вошла вслед за медсестрой в палату.
Там было тихо. У стены стояла кровать. Девушка едва различила на подушке бледное лицо и вздрогнула, бархатные глаза стали влажными.
– Я вас оставлю, но ненадолго, – и медсестра указала девушке на стул у изголовья кровати.
Девушка села и с жадностью стала глядеть на это родное лицо, которое теперь казалось совершенно безжизненным. Две крупные слезинки упали на подол шелкового платья, скатившись по щеке, и оставили два пятнышка.
– Саша, – произнес Червяк, не открывая глаз.
Девушка подалась вперед.
– Саша… – повторил он, протягивая руки, будто кого-то искал. – Это ты?
Она думала, что он бредит, но все же, взяв его руку, сказала прерывающимся голосом:
– Да-да… Это я, Митя…
Червяк не бредил, он делал невероятные усилия над собой, чтобы сказать хоть слово, – он был еще слаб. Когда раздались шаги в коридоре, он сразу понял, что пришла она, он узнал ее голос, полный печали и тревоги, он ясно представил себе ее лицо с большими черными глазами. Сейчас она держала его за руку. Он с трудом открыл глаза, чтобы увидеть ее и убедиться, что это не сон. Саня улыбалась, но глаза будто застилал туман, все куда-то плыло и растекалось. Она моргнула, и опять упали две крупные слезинки.
– Не плачь, я ведь живой. – Он попытался улыбнуться, но улыбка вышла кислой.
– Я не плачу. – Она поспешно стерла слезинки. – Я все знаю, мне Лена рассказала. Приехала в общежитие – тебя нет, я к соседке, там Лену и встретила. И сразу сюда…
– Письмо?..
– Да, получила, по этому адресу и нашла. А ты молодец, доктор сказал, скоро поправишься!
– Хм, скоро… – недоверчиво хмыкнул он.
– Да, скоро.
– Если ты приехала, то поправлюсь.
Смущенно улыбнулась.
– Я думала, ты забыл обо мне…
– Не верю. Ты не могла так думать.
– Да, не могла. Я ждала писем.
– А я их писал, но отправил одно…
– И я его получила…
– Девушка! – Медсестра заглянула в палату. – Пора.
Червяк сжал ладонь Сани:
– Ты придешь еще?
– Да.
– Честно?
– Девушка, выходите, – уже строго произнесла медсестра.
– Честно-честно! Я теперь буду всегда с тобой. Ты мне нужен, – прошептала она ему на ухо и прикоснулась губами к его впалой щеке. Он освободил ее ладонь и долго потом смотрел на дверь, за которой скрылась его судьба, его смысл жизни.
Конец
– Доброе утро, – кивнул сидящий за столом парень.
«Черт! Когда он успел встать, – подумал Леня, – мы же вчера до пяти утра…»
– Вкусный салат. – Парень одобряюще кивнул, вытянув полную ложку вперед.
– Угу, я гляжу, ты его уже доел.
– Да, а чего ему пропадать-то? – широко улыбнулся парень.
– Ладно. – Леня пошел в ванную, взялся за большое полотенце – мокрое!
«Ахм! Он еще и моим полотенцем вытерся! Вот б…» – прорычал про себя и закрылся, щелкнув шпингалетом.
– Эй! Ладно, я пошел – некогда ждать, – стукнул два раза в дверь ванной парень. – Пока! – приложил ухо к двери и, различив пробивающиеся сквозь шум воды нечленораздельные звуки человеческой речи и еще нечто похожее на рычание, осторожно повторил: – Пока… – и выскользнул из квартиры.
Вода приятно согревала тело, стекая по спине, оставляя капли на плечах. Леня плохо помнил, что было вчера, как этот парень оказался у него в квартире, был ли он гостем, как и все другие, или они познакомились на катке уже после вечеринки. Кажется, его имя Коля, но он всем представлялся как Ник.
– Хм, – зло усмехнулся Леня, – тот еще засранец…
– Леня! Почему у нас открыто? – Женщина сняла пальто в прихожей. – Ты где?
– Я в ванной, мама! – гаркнул он, снова наткнувшись на сырое полотенце.
– А что это у нас на диване? – потрогала простыню. – Кто у тебя ночевал? Девушка?
– Нет, мама, – вышел из ванной, вытирая мокрые волосы.
– Еще не лучше, – безнадежно всплеснула руками, – парень!
– Угу, друг, – скомкал простыню, бросил в корзину для грязного белья.
– Нет, ну ладно девушек – он парней домой водит! Это никуда не годится!
– В прошлый раз у меня ночевала Алена – тебе это тоже не понравилось.
– Алена, Алена… Это та с огромной грудью, от которой всегда перегаром несет?
– Мама…
– Что, мама?! Я дольше тебя прожила – знаю, что говорю! Неужели ты…
– Умоляю, мам, оставь мне право выбора.
– Нет, он издевается, этот чертенок издевается надо мной! – смеясь, взъерошила его волосы и пошла в кухню.
