- Ничего особенного, рана как рана, - поморщилась я. Уж кто-кто, а Гоц мог бы поменьше развешивать уши на байки этого пустослова. - Собирайся. Отправимся "на место встречи" прямо сейчас. Завтра отплытие, а нам некогда гоняться за самодуром по всему городу. Сразу возьмем хитреца за горло.
***
Ближе к вечеру мы покинули корабль в гробовом молчании. Команда не спешила расспрашивать капитана, какие приключения на этот раз он отправился искать на свою пятую точку. Вероятно, многие догадывались, что я намеревалась караулить в своем номере того самого жестокого маньяка, напавшего на меня посреди бела дня, во имя мести. Пусть думают так, во всяком случае, капитанские дела сердечные никоим образом подчиненных не касаются.
До гостиницы добрались благополучно. Я рассчиталась с хозяином - неразговорчивым, вечно раздраженным сатиром - и последовала к себе в номер, потянув за собой тролля, немного отвлекшегося на предоставленное в баре меню.
- Некогда по сторонам глазеть, Гоц! - напомнила я, открывая дверь в комнату, - у нас важная миссия, не забыл?
Помощник коротко кивнул в ответ и вошел следом.
Если честно, я не сильно верила в успех своей задумки. Однако "Искатель карты" выглядел решительно и явно собирался идти до конца, чтобы отыскать заветную вещицу. Так или иначе, за сегодняшнюю ночь номер все равно оплачен и не хотелось зря тратить деньги, отсиживаясь на корабле, так как вскоре на нем предстояло провести целый месяц, а может и больше.
Делать было нечего, поэтому мы с Гоцем принялись играть в карты, дожидаясь утра. Я не утерпела и в шутку предложила играть на раздевание, чтобы возник хоть какой-то азарт и интерес к игре. Но первый помощник, как того и следовало ожидать, вежливо отказался, пространно намекнув, что и без того уже "все видел".
"Ничего ты не видел!" - вспылила я, сильно покраснев.
После внезапно рассмеялись, прямо как хорошие, старые друзья. Хотя, мы и без того являлись давними друзьями и вне корабля общались немного иначе. Более доверительно и непринужденно.
Я много раз просила тролля называть меня на "ты", но первый помощник с завидной упертостью говорил "вы" - в противоположность Хани. Видимо, все-таки старался соблюдать прежнюю дистанцию со своим капитаном.
Пусть я иногда позволяла себе прикрикнуть на Гоца, но за помощью и советом всегда обращалась к нему. Без первого помощника чувствовала себя как без рук, и он прекрасно это знал, однако параллельно с какими-то своими соображениями цену себе не набивал, что делало его в моих глазах еще более благородным, если оное слово вообще присуще пирату.
Повышая голос, через пять минут мысленно корила себя за несдержанность, проклиная свой ужасный характер. Командный тон настолько сильно въелся в жизнь, что без него я просто не могла обходиться. Он служил защитной реакцией, неким барьером, ограждающим от еще более жестокого мира.
Иной раз приходилось гадать - как Гоц меня терпит, ведь с ним, благодаря должности первого помощника, я общалась вдвое больше, чем с остальными. Но по его умным, карим глазам прекрасно видно - он ни за что меня не винит, ведь я вынуждена держать под контролем и управлять всей командой. В такого и влюбиться недолго!
Очень скоро играть нам надоело, и мы остались просто наблюдать за тем, как за окном небо постепенно становится светлее.
В итоге не выдержала и заснула.
Никаких кошмаров, слава кракену, не привиделось. Мгновенная быстрая чернота, обрывающая собой вчерашний день и являя новый.
Пробуждение оказалось внезапным - я услышала чей-то резкий и неприятный тонкий визг и моментально открыла глаза.
Гоц действовал тихо и скрытно, прямо как настоящий наемный убийца. В иных обстоятельствах он мог бы бесшумно и совершенно спокойно связать взломщика и прождать до утра, а если возникнет такая надобность - с легкостью удавить, при этом нисколько не потревожив чуткий сон командира. Но "Капюшон" тихой смерти дожидаться не стал. Ему пришлось поднять такой крик, что я испугалась возможности перебудить всю гостиницу. Первый помощник быстро зажал ему рот, и все опять погрузилось в вялую сонную тишину.
- Ну, здравствуй, милый друг, - усмехнувшись, поднялась с постели и, вытащив саблю из ножен, подошла к связанному на полу "картографу". - Должна сказать тебе спасибо за подарок. Он пришелся мне к лицу, как видишь, - и я указала на свою повязку на глазу.
Тело на полу затрепыхалось, что-то замычало. Обездвиженный, безоружный, с рассеченной в схватке бровью он выглядел жалко. Я опустилась на пол рядом с ним и повнимательней вгляделась в лицо ночного посетителя. Очевидно, он проник в комнату через окно, которое мы предусмотрительно оставили открытым.
Внимательно вглядевшись в черты знакомого болезненно-бледного лица незваного посетителя, я застыла на месте. Пусть мне и не удалось сразу узнать его, но это определенно был он. По спине пробежали мурашки.
- Бакстер? - с трудом вымолвила это имя, подавив смешок, - во имя бермудского рассольника... Не ожидала вновь тебя увидеть...