- Вовсе нет, - боцман отвратительно осклабился, - именно я указал тварям на книгу. В награду за это они пообещали пощадить меня. А слово орка, как известно - закон, так же, как и слово флибустьера. Все это время, пока вы доблестно сражались за свои жалкие жизни, я благоразумно прятался в камбузе. Надеялся на то, что, если пираты чудом смогут одержать верх, в случае смерти Кираны, командование примет Гоц, если, конечно, выживет. А к тому времени прекрасно знал, что карта находится у него. Ну а если бы орки забили бы всех подчистую, хотел просто изъять карту и обзавестись маленьким иолом в ближайшем порту. И тогда ничто не смогло бы помешать...
Так значит, когда во мне отпала необходимость, он решил нацелиться на первого помощника, предварительно устранив меня? Вот ведь... жук.
- Но, в итоге, я все-таки рискнул дождаться финала и честно исполнил непростую "пантомиму", отвлекая колдунов. Да и сейчас задача не шибко легкая, - боцман пристально взглянул на каждого, - трое против одного. Не дурной расклад, даже если у тебя имеется кранекин. Но и с этим можно как-нибудь сдюжить...
Совсем недавно я считала Килдана истинной сволочью. Но он, по сравнению с этим хитрым змием, всего лишь маленькая серая мышка! Он всего лишь пешка в гнусной игре боцмана. Ерс будто сбросил старую, шелушащуюся кожу коварства и притворства, внутри которой обнаружилась его истинная, падкая до наживы сущность. Вероятно, сей план "Б" боцман оставил напоследок, дабы зря не тревожить опасностью свою драгоценную шкуру. Настал черед перейти к более радикальным действиям.
- Хани... - чертыхнувшись, воскликнула я. Теперь значение фразы "присматривай за Ерсом" стало окончательно понятным, - выходит, он знал с самого начала? Он тебя подозревал?!
- Больше скажу, он был в сговоре, - усмехнулся Ерс, - он раскусил меня, когда я выходил из твоей каюты с пустыми руками. Поймал, припер к стенке. Хотя после того, как ему посулили немалые барыши, согласился молчать. Однако в какой-то миг в старом брехуне проснулась совесть, жаль, что слишком поздно, вот он и ляпнул с дуру про предательство. И не смотри на меня такими глазами, - хохотнул он, заметив мой взгляд, - я прекрасно слышал, как он плел околесицу на смертном одре. Хотел быть поблизости, а то мало ли что... Но, благо, у тебя хватило ума не придать значения байкам канонира. Такую уж репутацию он себе создал.
- А как же шифр? - в отчаянии ухватилась за последнюю соломинку.
- Я пытался во что бы то ни стало добыть карту до прибытия на ведьминский остров, а дальше можно было бы спокойно рвать когти. Но карту заполучить так и не удалось, только поэтому и отправился с вами. А этот чертов шифр я прекрасно знал и без Килдана, поэтому делиться бы не пришлось.
- Но откуда? - почти простонала я. У этого чертового сыча на все готов ответ.
- Благодаря Бакстеру. Мимолетом ему посчастливилось подглядеть, что изображено на маленьком клочке. Разгадать его не потребовало особого труда. Да и ума, кстати, тоже.
От всего услышанного голова пошла кругом. Я слегка пошатнулась, отступила на шаг назад, к самому краю мраморной площадки.
- Если ты убьешь нас всех, и выйдешь отсюда один, остальные могут что-то заподозрить, - мимоходом подметила, что Гоц и Килдан обменялись быстрыми взглядами. Неужели что-то затевают? Ерс того не замечал, так как все его внимание было сосредоточено на капитане. И поэтому я попыталась отвлекать его подольше, чтобы выиграть еще немного времени, - об этом ты не подумал?
- Считаешь, я не ведаю, что у них на уме? - пренебрежительно бросил боцман, - я и сам пират, и прекрасно знаю: для любого головореза - не важно, на море он или на суше - на первом месте всегда стоят деньги, а уж потом главарь. Каждый думает о своей выгоде. Никто, кроме нас, и не подозревает, что здешний клад не исчисляется в количестве монет. Я лишь сообщу, что капитан и остальные погибли в обвалившейся пещере, и сокровища навсегда погребены под землей. А после того, как мы ограбим пару кораблей, все успокоятся и никто о вас даже не вспомнит. Проверять они определенно не станут, - сказав завершающее слово своей долгой, кошмарной исповеди, боцман отступил назад, целясь в голову бывшей предводительнице, - ну а теперь, прощай. Вряд ли еще встретимся. Если только в аду.
Как жаль, что напоследок я не успела проклясть этого гада как следует. С оглушительным щелчком, от которого с потолка пещеры вновь посыпались мелкие камешки, оружие выстрелило. Я не видела застывших в ужасе лиц Килдана и Гоца, не видела ликующего выражения подлой физиономии Ерса. Единственное, что успела - закрыть глаза. И до того, как прогремел выстрел, моментально ощутила необыкновенную, непривычную легкость. Невидимая тяжесть исчезла с плеч. Наверняка это сама душа устремляется вверх. До сего мига думала, что могла бы в любой отрезок своей недолгой, стремительной жизни погибнуть от вражеской руки любого другого разбойника. Вот только мне и в голову не могло прийти, что это будет один из моих людей, которому я слепо, глупо доверяла.
