22:00 И когда меня все так «достали», как не провалиться сквозь землю, потерявшись под тяжестью асфальта с брусчаткой? Как не начать проклинать ту, которая вроде бы любила? А где она сейчас? Я-то, понятно, сижу на улице с недовольным выражением лица; не сказать, что наслаждаюсь весенним благоуханием непонятно каких растений – просто отдыхаю себе под капюшоном старой куртки. Каждый новый сезон всё более мрачный и я начинаю гнить изнутри! Меня переполняет злость, прямо как того парня с Татуина… Глаза заливает огнём, а сердце жестокостью. Что-то очень тёмное, такое притягательное, зазывает, не давая ни минуты на раздумья. Страшно, потому что за этой чертой, наверное, заканчивается твоя удача и честь с совестью. Загадочные фигурки между скоплениями облаков – предвестники заката, не ежевечернего, нет, моего… А где она сейчас? Я не умею появляться из ниоткуда, улыбаться прозрачной тенью и незаметно исчезать, оставляя после себя едва объяснимое ощущение небезнадёжности у увидевшего до боли знакомый силуэт. Для этого нужно сначала умереть, прямо как тот парень с бледной безжизненной кожей по имени Эдвард… Моё нынешнее состояние – результат странного стечения обстоятельств. Она – единственная причина, по которой мне ещё интересно разбираться в себе; и я там «роюсь» потому, что она глубоко внутри…
Лиана. Сан-Франциско. 25 мая
13:02 «Всё наладится», – ты всегда говорил так, когда нам приходилось несладко. Твоим уверенным голосом решались все проблемы в моей семье: словесная перепалка с папой, пустяковая ссора с мамой, оскорбления со стороны сестры и тому подобное. Я видела, как тебе и самому иногда было непросто, но ты не подавал вида, держал всё в себе, чтобы не показаться даже на секундочку слабым… Как же хочется, чтобы ты хоть на минуточку появился в этой пустой комнате. Уже не могу находиться под капельницей! Настроение на нуле, а сил не хватает вообще ни на что. Пишу и как будто говорю с тобой… Как дурочка жду, чтобы ответил, но я ведь даже и не написала тебе! Больничная койка стала почти родной.
Гэбриэл. Нью-Йорк. 26 мая
14:56 Моя последняя надежда в мире неоправдавшихся надежд – твой голос издалека, который всё тише и всё ближе к огороженному чёрным забором проклятому участку земли, где каменных плит больше, чем человеческой плоти. Это грустное рандеву с реальностью предвещает мне погибель. Смерть уже давно не та, что была раньше: не пугает и даже не ругает. Ненавижу их голоса: именно из-за них этот мир вдруг стал столь ненавистным мне. Когда что-то идёт не так, нужно научиться сдаваться… Устал сопротивляться неизбежному. Презирая всех, я скоро перестану любить и себя…
15:40 Твой голос – единственный полюбившийся, один, который запомнился с редкой честностью и со всем вытекающим… Откажись от зрения, не бойся, сделай потише звук – научись слушать такие нечужие постукивания одного из миллиона по-настоящему мужских сердец. Однажды мне привиделся сон: на мне лежала ты, а в тебе был я. Тогда земное вращение остановилось, все птицы сдохли, а горы наконец расступились… Тот день кто-то назвал концом жизни, а вот я – началом смерти. И, знаешь, мне не стало страшно – я твой голос слышал…
23:01 Ужасно осознавать, что любимые голоса остались только в сердце, покинув привычный мир тающих иллюзий. Мне всегда нравилось то, что происходит под водой: там чисто, там даже цвет крови не такой кровавый… Нет, ты мне не просто нравилась, ты мне понравилась и никак не разонравишься. Представляешь, я научился разговаривать с немыми и понимать безмолвных! Ты. Что только эти две буквы со мной не делали? Ранили, убивали, воскрешали, одухотворяли, заставляли полюбить вновь… В густом сигаретным дыме кое-кто всё ещё видит любимый образ, пропавший в ясном небе…
00:05: Это Нью-Йорк Сити, здесь люди ходят по улицам. Здесь людные улицы, Господи! Это одно из немногих мест на Земле, где ты понимаешь, что по-настоящему не один. На смену домашнему заточению приходит удивительная свобода общения, когда совсем рядом столько таких же, как и ты, homo sapiens! Вот оно – общество. Приятный обмен информацией и улыбками, искренний азарт в глазах и непередаваемое чувство внутреннего обогащения… В таких городах легче, тут даже грустить намного приятнее. В следующей жизни я должен родиться где-нибудь в Нью-Йорк Сити…
03:12 Пока мы стараемся походить на любимых героев великих приключенческих книг, в этой жизни становится больше положительных персонажей. Когда есть с кого брать пример, когда перед глазами игрушечная фигурка бородатого мужчины в мехах и в полном вооружении, кажется, что где-то над тобой, а может, и совсем рядом, дух бесстрашных искателей славы…
Взрослея, так хочется найти нечто осязаемое из детства, с тех самых времён, когда окружающий мир казался таким безграничным, добрым, зовущим на подвиги! С каким нетерпением я раньше ждал совершеннолетия, чтобы пуститься в кругосветное путешествие в поисках огромных богатств, древних чудищ и добрых друзей!
