– Непременно господин директор! Мм – да! Вы очень наивны и тупоголовы, просто чудо! – и, не удержавшись, расхохотался ему в лицо. – Кладите пятьдесят тысяч мне в карман за больничный лист, сразу напишу. Я только болеть начал и думаю инвалидность получить по своему недугу. А потом на тебя и на твоего педераста Осокина в суд подам за потерю трудоспособности. Таким методом вас дуболомов надо уму – разуму учить. У тебя самого только фактура директорская, а как руководитель ты нулевой. Я бы на месте хозяина тебя и в душевую дежурным не поставил.
У директора глаза разбежались в разные стороны от таких слов, но в ответ он ничего не сказал, только посмотрел в спину на уверенную и твёрдую походку Семёна и покачал головой.
Следом за Семёном вышла из офиса Наталья.
– Семён Максимович? – окликнула она его, – вы меня не подвезёте?
Он остановился и повернулся к ней. Она была, кстати, для его компании в это время. Ему нужно было отойти после неприятной встречи с директором и забыться. Наталья по всем статьям подходила для этой цели.
– Вы хоть женщина из неприятельского стана, но подвезу вас, куда попросите, – сказал он. – Не могу отказать ни в чём красивейшей женщине города.
Внешние данные у неё были не плохие, но всё равно Семён ей льстил явно преувеличивая.
«Но что не сделаешь, чтобы скрасить своё одиночество» – так находил себе оправдание Семён.
Наталью его слова не смутили, но настроение подняли. Она с лёгкостью запорхнула на переднее сидение и спросила:
– А что же вы на заводе внимание никогда не обращали на красивую женщину?
– Я очень опытный мужчина в общении с женщинами. Поэтому предупреждаю, если ты подобный вопрос задашь, считай, что ты меня соблазнила. Я не выдержу такого напора прелестницы, – сказал Семён, не заметив, что перешёл с ней на «ТЫ».
– А мне, кажется, вы меня сейчас соблазняете? – обворожительно улыбнулась Наталья.
Семён повернул голову в сторону напросившейся к нему пассажирки. Внимательно посмотрел на неё и заметив у Натальи под глазом смазанную тушь для век, осторожно вытер её мизинцем. Она не отдёрнулась, а горячо обдала его руку своим дыханием и произнесла:
– Спасибо!
– Хочешь чаю? – спросил он.
– Прямо здесь наливать будете? – не отказалась она.
– Ты, ягодка, в автомобиле находишься, а не в чайхане, – заманчиво улыбался он, – заедем в ближайшее кафе и там посидим, а потом я тебя отвезу куда нужно.
– Время от меня не убегает, я согласна и давно Семён Максимович, – заводите машину? – попросила она.
– Приказ понял, – произнёс он и включил зажигание.
Проехав двести метров, он остановил автомобиль около кафе «Звёздные снежинки».
– Вот здесь мы и посидим, – сказал Семён, – только давай здесь разденемся? А то гардеробщику в этом заведении полагается давать чаевые. Я не жадный, просто никак не могу привыкнуть к таким порядкам. Ни разу, никому не платил бабки. Не из-за того, что жалко, – принцип такой. Я лучше нищим эти деньги подам. Я даже гаишникам никогда не даю, заставляю их заполнять протокол.
– Это в вас говорит статус добропорядочного человека, – сказала она, когда они вышли из машины.
«Видимо она не порченая девочка», – подумал он и слегка обнял её за плечи.
Они поднялись по мраморным ступенькам на второй этаж. Затем вошли бордовый зал, где столы были покрыты красными скатертями с набитыми белого цвета звёздами. В вазах на столах стояли искусственные цветы в виде звёзд. Интерьер зала был очень интимный и располагал к сладкой беседе, но Семён не стал гнать лошадей. Он вёл себя сдержанно, но ни скованно, хотя комплиментов больше в адрес Натальи не отпускал. Он был уверен уже в себе. Думая если она согласилась с ним зайти в это кафе, то на следующей встрече она окажется с ним в постели.
Им принесли две чашки чаю пирожных и бутерброды.
– Мне понравилось, как вы десять минут назад моего преподобного мужа обозначили, – сказала она, размешивая сахар в чашке.
– А я думал, тебе стыдно и больно за него стало, – сказал Семён, – поэтому очки сразу одел на себя, думал, глаза мне выцарапаешь за своего пискуна. Сейчас я понимаю, что вы с ним совершенно разные люди. Не понимаю только одного, – как вы с ним соединились?
Она не задумываясь, без промедления ответила:
– Я работала в детском садике. Он своего сына Платона, водил ко мне в группу. Мы быстро все узнали, что Дима папа одиночка. Его вместе с ребёнком жена бросила и уехала в Туркмению к новому мужу. Я вначале жалела его, помогая ему по дому и воспитанию сына. А потом он предложил мне поход в загс. А мне куда деваться? Я, приезжая, в городе ни родни, ни знакомых, тем более, учусь заочно в педагогическом институте. Вот и мучаюсь с ним четыре года. Теперь я знаю, почему его покинула жена.
