– Представь, что лист – это защитный купол. Мы можем сделать его вогнутым, но здесь он плоский. Вот эти точки на листе – места пробоин на куполе.
– Ого, сколько их! А почему ты уверен, что они именно тут? – удивилась Таня.
– Мне показала Ягге. Она заглянула ко мне вчера ночью, когда я лежал со свечой. Вначале ругалась, а потом рассказала про купол. У нее отличная память, но самое забавное, что она сама не поняла, что означают эти пробоины, а я понял…
– А что тут понимать? Кто-то хотел прорваться, – сказала Таня.
– Ничего подобного! – возразил Ванька. – Когда хотят прорваться – делают одну незаметную лазейку, а не долбят весь купол точно сотня перепивших дятлов. Тебе эти точки ничего не напоминают, посмотри внимательнее!
– Еще как напоминают. Твоя шариковая ручка мажет. Лопухоидная? Мне тоже Пипа вечно мажущие ручки подсовывала! – со знанием дела проговорила Таня.
Ванька легонько стукнул ее гипсом по лбу.
– Ты что, не проснулась? Соедини их мысленно между собой. По тем цифрам, которые возле точек. В такой последовательности они появлялись всю зиму. Ну же! Видишь буквы?
Малютка Гроттер послушно начала соединять буквы. Но так как она думала в основном о Ваньке, как он лежит ночью и не спит, бедный, то буквы у нее не очень-то соединялись. Уже на второй букве Ванька потерял терпение и сунул ей другой лист, который вытащил из-под подушки.
– Ладно, смотри. Я это уже сделал за тебя. Последняя пробоина – это последняя буква. Читай! – велел он.
– «PERUNUS DE…» – прочитала Таня.
– Надпись еще не закончена. Должно быть: «PERUNUS DEUS». Значит, будут появляться новые пробоины, новые жертвы и новые буквы! – сказал Ванька. – Теперь ты понимаешь, кто напал на Гробыню?!
– Перун! – с ужасом сказала Таня.
Сомнений не оставалось. Теперь она поняла, какой могущественный враг был у Тибидохса. Как поняла и то, что они немедленно должны сообщить обо всем Сарданапалу.
Академик появился в магпункте спустя две минуты после того, как Ягге, которой тоже пришлось все рассказать, вызвала его особым заклинанием, звучавшим как
Ванька сообщил Сарданапалу все то же, что и Тане. Академик долго и придирчиво проверял расположение точек на листе. Некоторые точки он слегка поправил, переместив их на несколько клеток вправо или влево. Но в целом это ничего не изменило. Надпись «PERUNUS DE…» стала от этого только отчетливее.
Академик помрачнел. Он так ушел в свои мысли, что даже не поблагодарил Ваньку. Кажется, он вообще забыл, что в магпункте присутствует кто-то еще. Таня слышала, как Сарданапал пробормотал:
– Неужели это Перун?.. Мы с Поклепом проглядели, лишь мальчишка догадался. Правда, у меня мелькала мысль, что только его молот может… Но он всегда жил с нами в мире… Похоже, мне все же придется… Но нет, нет!
Очнувшись, глава Тибидохса быстро повернулся и вышел, унося с собой Ванькин лист.
– О чем это он? – спросила Таня у Ягге.
Старушка зябко закуталась в шаль.
– Существует заклинание уничтожения. Старое запрещенное заклинание хаоса, на которое Древнир наложил запрет. Им не пользовались уже много столетий. Его побочные действия ужасны. Оно несет в мир много зла и горя. Но оно единственное способно уничтожить древнего бога… Но не думаю, что Сарданапал решится его применить… – Ягге посмотрела на них и рассерженно крикнула: – Чего вы на меня уставились, сами не знали? Танька, разве тебе не пора на занятия? Ишь моду взяла по магпунктам шастать! А ты, Валялкин, марш под одеяло! Я тебе покажу, как ночью не спать!
А вечером Таню поджидал сюрприз. Кто-то бесцеремонно забарабанил в дверь. Таня открыла. На пороге, неопределенно улыбаясь, стояла Пипа. За ее спиной на полу громоздился целый бастион из чемоданов.
– Привет, Гроттерша! Как в старые-добрые времена! Надеюсь, ты еще не завалила Гробынин шкафчик своим барахлом? Если завалила – вытряхивай его немедленно! Теперь тут буду я! – сообщила она, поочередно затаскивая в комнату свои чемоданы.
Таня молча смотрела на нее.
– И даже не поможешь? – удивилась Пипа. – Вот он, эгоизм, так и прет, так и прет! Нет чтобы броситься мне на шею. Все-таки родная кровь!
– Что ты тут делаешь? – хмуро спросила Таня.
– Как что? Собираюсь тут жить! Ты глупеешь прямо день ото дня, Гроттерша! Поверь, если бы я просто пришла к тебе в гости, то сделала бы это с пулеметом, но никак не с чемоданами! – заявила Пенелопа.
– А как же Шито-Крыто? Указала тебе на дверь? – поинтересовалась Таня.
– А вот и не угадала. Ритке совсем не хотелось со мной расставаться. К ней перевели первокурсницу из сто шестой комнаты… А меня Медузия сослала (классное слово, не правда ли? – куда лучше, чем «послала») к тебе.
Таня вздохнула. Если Пипу действительно переселила Медузия, то это решение окончательное и избавиться от Пипы не удастся. Все решения, принимаемые доцентом Горгоновой, изначально имеют гриф окончательности.
