Ставя задачу 1-й танковой армии, Г. К. Жуков сказал, обращаясь к командарму:
— Имеете шанс отличиться, Катуков. Окажитесь через недельку вот здесь. — Он показал на карте.
Задача ставилась такая: во взаимодействии с 60-й армией генерала И. Д. Черняховского сломить сопротивление противника, на третий день операции форсировать Днестр, главными силами овладеть рубежом Городенка, Залещики, Окно, а передовым отрядом освободить Черновицы.
Справа соседей не было. Слева наступала на Каменец-Подольск 4-я танковая армия Д. Д. Лелюшенко.
Обе танковые армии использовали часть своих сил в первом эшелоне фронта. В отличие от предыдущих операций, где прорыв тактической зоны вражеской обороны производился усилиями общевойсковых соединений, а танковые армии лишь после этого вводились в прорыв для его развития, здесь дело обстояло иначе. В ходе Проскуровско-Черновицкой операции танковые армии должны были прорвать оборону и развивать успех в оперативную глубину.
В данном случае такой метод использования крупных танковых объединений был вполне оправдан, ибо соответствовал обстановке, сложившейся на этом направлении. Здесь предстояло прорвать оборону слабую и неглубокую, здесь у противника не было ближайших резервов для парирования наших ударов, здесь была необходимость прорыва обороны, чтобы стремительно вырваться к Днестру.
И нет никакого противоречия такого использования крупных танковых масс с тем, что по этому поводу я говорил выше, — что тактическую зону обороны противника прорывали общевойсковые армии, а танковые действовали во втором эшелоне и использовались для последующего развития прорыва.
Советская военно-теоретическая школа танковождения предусматривала действия танковых армий и в первом эшелоне. Но лишь в следующих случаях: если оборона противника неглубокая и в противотанковом отношении слабая; если фронт не располагал достаточным количеством общевойсковых соединений, способных обеспечить прорыв и создать условия для ввода в прорыв танковых армий.
В отличие от теоретической концепции немецко-фашистского вермахта советская военная школа чуждалась какого бы то ни было шаблона. Абсолютных тактических приемов не может быть, каждому решению должен предшествовать глубокий и научный анализ всех обстоятельств, определяющий также и успех полководческого предвидения.
1-я танковая армия выдвигалась в район своего предназначения в ходе уже начавшейся Проскуровско-Черновицкой операции во все более ухудшавшихся погодных условиях. Бурное таяние снегов сочеталось с мокрым снегопадом, чередовавшимся с холодными дождями. Дороги настолько развезло, что даже танки по ним продвигались с огромным трудом. Что уж говорить об автотранспорте! Он застревал, и люди буквально руками двигали его вперед.
На «проталкивание» автотранспорта были брошены саперные части, целые мотострелковые подразделения, гусеничные бронетранспортеры, танки для буксировки.
САУ Cy-76 наступают по грязи
Вброд через реку
Дороги — сплошное месиво грязи. А по обочинам их двигается пехота. Солдаты промокли до нитки — сверху хлещет дождь, шинели, как губки, на сапогах пудовые комья грязи, а на плечах пулеметы и минометы. И еще время от времени нужно подсобить плечом застрявшему грузовику.
Но надо идти вперед. Надо. И это молчаливо понимают все, кому не удалось добыть для этого лошадь. Командиры делают вид, что не замечают комичного вида этой «мотокавалерии». Вместо седел — у кого подушка, у кого подаренный сердобольной старушкой половичок, а у кого и просто серо-зеленая трофейная шинель.
Вперед, вперед во что бы то ни стало, потому что наступление должно начаться вовремя, а оно не начнется, если вовремя не выйти на исходный рубеж.
21 марта, после мощной арт- и авиаподготовки, войска ударной группировки фронта возобновили наступление… В первой же половине дня прорвали вражескую оборону на всю тактическую глубину и устремились на юг.
Танковые армии шли в первом эшелоне. Правда, с нами вместе начинали прорыв и войска 1-й гвардейской армии А. А. Гречко и 60-й армии И. Д. Черняховского, но они сразу же после преодоления первой оборонительной позиции противника начали отставать, «охотно» предоставляя танкистам самостоятельно продолжать прорыв на юг.
И хотя танки погрязают по самое днище, их движение решает все. Мотопехота продвигается на них десантом. Опорные пункты врага громятся. Танки идут вперед.
Грязь, грязь… Ох, если б не эта грязь!
На одной высотке я остановил свой танк, чтобы понаблюдать за продвижением подразделений бригады — надо было торопиться, вскоре сюда должны были подойти танки бригады В. М. Горелова.
С моего возвышения видно, как, обтекая высотку, движутся на юг колонны танков. Впечатляющее зрелище!
И вдруг откуда ни возьмись несколько вражеских бомбардировщиков. Быстро перестраиваются один за другим и с пронзительным воем пикируют на мой танк.
