Особенностью операции было использование значительных сил бронетанковых и механизированных войск, что придало боевым действиям маневренный и ожесточенный характер, позволяло в короткое время перенести главные усилия с одного направления на другое. В связи с тем, что общевойсковые армии не располагали достаточным количеством танков НПП, им не удалось прорвать вражескую оборону в нужном темпе. Поэтому одновременно ввести в сражение три танковые армии не удалось. Более того, для повышения темпа прорыва обороны были привлечены передовые отряды подвижных соединений. Это позволило на четвертый день операции начать ввод в сражение главных сил эшелона развития успеха. Выдвижение двух танковых армий в оперативную глубину по одному маршруту на львовском направлении продолжалось четверо суток, что позволило противнику навязать войскам фронта затяжные бои в районе Львова. Одной из труднейших задач танковых объединений и соединений при развитии успеха явилось форсирование рек, особенно таких, как Западный Буг, Сан, Висла. На их преодоление затрачивалось до двух-трех суток.
После завершения Львовско-Сандомирской операции 1-я гвардейская танковая армия (11-й гвардейский танковый, 8-й гвардейский механизированный корпуса, 64-я гвардейская танковая бригада, армейские части усиления и тылы) согласно директиве № 29580 Генштаба Красной Армии от 29 августа 1944 г. была выведена в резерв Ставки ВГК. Ее требовалось к 10 сентября сосредоточить в районе Немирова. Части и соединения предписывалось отправить в полном составе, кроме танков и САУ, которые обращались на доукомплектование танковых частей, остающихся в 1-м Украинском фронте. С армией разрешалось отправить по 10 танков на корпус, по одной САУ на каждый самоходный артиллерийский полк, командирские танки и все самоходные артиллерийские установки СУ-57. Перед отправкой приказывалось обеспечить части горючим на весь путь следования, продовольствием и фуражом – по 1 октября. Марш следовало совершать исключительно в темное время. Всю переписку и переговоры по этому вопросу вести только с Генеральным штабом[310].
В указанный срок соединения 1-й гвардейской танковой армии перебазировались на восток и расположились в лесах, возле небольших украинских городов Немиров, Яворов, что северо-западнее Львова. В резерве Ставки ВГК армия находилась почти три месяца. По директиве Генштаба № 297876 от 21 ноября ей предстояло своим ходом, кроме танков, САУ и тяжелых грузов, которые перевозились по железной дороге, выйти к 29 ноября в район Люблина. Марш требовалось совершать в темное время с соблюдением мер маскировки, а переписку вести только с Генштабом и начальником штаба 1-го Белорусского фронта[311]. В указанный срок войска армии, преодолев более 500 км, сосредоточились в лесах юго-восточнее Люблина, где начали подготовку к Варшавско-Познаньской наступательной операции.
После выхода войск Красной Армии к Висле, захвата плацдармов на западном берегу реки и отражения контрударов противника линия фронта от Балтики до Карпат стабилизировалась на четыре месяца. Обе стороны готовились к решающим боям.
Верховное Главнокомандование вермахта планировало в 1945 г. упорной обороной задержать наступление Красной Армии и не допустить ее продвижения в глубь территории Германии. На Западном фронте предусматривалось ударами по войскам союзников вынудить США и Великобританию изменить свою политику по отношению к Германии и способствовать достижению сепаратных сделок. Немецкое командование полагало, что Красная Армия нанесет два удара: главный – через Венгрию и Чехию и второй – в Восточной Пруссии. Одновременно оно ожидало и наступления войск Красной Армии, находившихся на рубеже Вислы, но с ограниченными целями.
Ошибка в определении направления главного удара советских войск привела к тому, что на варшавско-берлинском направлении плотность сил и средств противника оказалась в полтора-два раза меньше, чем на других участках советско-германского фронта.
