Но в тех условиях особое беспокойство танкистам доставляла английская и американская авиация, которая фактически господствовала в небе над Нормандией. Тот же Лау вспоминал: «Долгое время на нашем участке фронта было только три наших «тигра». Иногда мы патрулировали несколько сотен метров за линией фронта. И как-то раз на нас как ястребы из неба вынырнули вражеские штурмовики. Мы были совершенно беззащитны. Все, что мы могли сделать — это закрыть люки, запустить на полную скорость наши машины и резко тормозить, когда на нас кидали бомбу. Это был самый ужасный и опасный налет из всех, под которые мы попадали в Нормандии. Невозможно описать чувства, когда падавшая бомба вздымает землю и наш танк трясет так, что амортизаторы с трудом выдерживают. Но использовали наш шанс — ни одни из трех танков не был поврежден. Потом, когда Буби Вендорф разглядывал воронки вокруг наших танков, шутливо произнес: «Их надо лишить летной лицензии. Они не смогли попасть по нам с такой низкой высоты, при абсолютно чистом небе, когда мы были у них на виду, как на блюдечке». Мы проанализировали случившееся и пришли к выводу, чтобы было две возможности укрыться от нападения штурмовиков и пикирующих бомбардировщиков. Во-первых, если позволяет ситуацию максимально близко приблизиться к линии обороны противника. Говорили, что это рецепт выдумал сам «Танк»-Майер. Во-вторых, надо было остановиться, открыть настежь все люки, повернуть башню на 9 часов и наклонить орудие так, чтобы оно почти касалось земли. В те дни мы не раз испытывали этот трюк с Вендорфом. Вражеские летчики думали, что мы уже подбитый танк».
15 июля 1944 года унтерштурмфюрер Эдуард Кали-новски написал своей супруге: «...наш командир фон Вес-тернхаген должен был оставить нас — он был направлен в госпиталь рейха. До последующих распоряжений нашим батальоном командует Мишель. В то время как другие сражаются на передовой, я застрял в штабе, откуда очень редко выбираюсь. Очень много работы, с которой я не успеваю справиться днем, поэтому приходится выполнять ее даже ночью. На прошлой неделе Мишель вернулся из Ставки фюрера и принес нам много новостей, которые для нас
|
| Опасаясь налетов союзнической авиации, «тигры» постоянно маскировали |
