Бройер был ранен в глаз осколком снаряда. Унтер-шарфюрер СС Эрхард Кнёфель, служивший в той же самой роте, что и Бройер, добавлял: «11 июля 1943 года наш отряд на бронетранспортерах поставили чуть позади между танками нашей дивизии и штурмовыми орудиями. Наши позиции напоминали шахматную доску. Экипаж нашего полугусеничного бронетранспортера планировал поспать несколько часов. Но на рассвете наши танки двинулись вперед. Мы все еще полагали, что нам достанется хотя бы полчасика сна, но все оказалось не так. «Красные» танки взошли на высоту одновременно с нашими. В итоге наши танки с пехотой на броне и советские машины перемешались между собой. Т-34, прорвавшиеся вперед, начали просто давить нас. В суматохе битвы мы пытались укрыться в любой ложбинке. Унтерштурмфюрер СС Вольф смог подбить один советский танк. Весь день он сражался плечом к плечу с нами. Тем временем наши самодвижущие-ся орудия начали бить прямой наводкой по советским танкам. Советское наступление стало останавливаться. Казалось, что ад вырвался наружу — вокруг мелькали снопы пламени, а по небу летали оторванные танковые башни. Мы несли огромные потери. Сам я оставался в машине командира роты. Как санитару в тот день мне хватало работы. Когда, стоя на коленях, я бинтовал одного из раненых, в бедро мне попал осколок. Я снял свою портупею и перетянул себе бедро. Я нашел какую-то дыру и собрался в нее залезть. Но что я там увидел?Две пары исполненных ужасом глаз, которые уставились на меня. Это были остатки танкового экипажа противника, такие же безоружные, как и я сам».
Унтерштурмфюрер С С Эрхард Гурс, командир одного из артиллерийских расчетов, вспоминал: «Нас атаковали утром. Они были вокруг нас, среди нас и за нами. Мы сражались едва ли не человек против человека. Мы выскакивали изо всех дыр, хватали в наших бронетранспортерах заряды3и запихивали их на танки противника. Затем мы метались в сторону. Это был кромешный ад! В 9 часов утра мы вновь контролировали территорию. К счастью, нам очень сильно помогли наши танки. В этом сражении моя рота уничтожила пятнадцать советских танков».
