В подчинении штаба 1-й танковой группы находился 670-й самоходный дивизион истребителей танков, а в подчинении группы армий «Юг» — 102-й батальон огнемётных танков. В составе последнего имелись две роты по 15 танков (12 огнемётных и три линейных танка поддержки) B2 (модернизированные и переделанные немцами трофейные французские B1bis).
Армейским корпусам группы армий «Юг» были приданы 190-й, 191-й, 197-й и 243-й дивизионы штурмовых орудий.
Кроме танков, в составе танковых, моторизованных и кавалерийской дивизий имелись лёгкие бронеавтомобили Sd.Kfz.221 и 222 с колёсной формулой 4x4 и тяжёлые Sd.Kfz.231 с колёсной формулой 6x6 и Sd.Kfz.231, 232 и 263 с колёсной формулой 8x8. Они состояли на вооружении разведывательных батальонов и батальонов связи. Кроме того, часть мотопехотных подразделений каждой дивизии была оснащена бронетранспортёрами Sd.Kfz.251. Наибольшее количество машин этого типа имелось в 1-й танковой дивизии — ими были укомплектованы первые батальоны 1-го и 113-го стрелковых полков (Schützen Regiment — так официально до 1943 года именовалась мотопехота Вермахта). В большинстве же танковых дивизий бронетранспортёры состояли на вооружении только одной роты в стрелковом полку, а в 14-й, 16-й и 19-й танковых дивизиях бронетранспортёров не было вообще.
Необходимо подчеркнуть, что особенностью германских танковых войск было большое количество мотопехоты в их составе. Так, в танковой дивизии на два танковых батальона приходилось четыре мотострелковых и один — мотоциклетно-стрелковый. В масштабах корпуса это соотношение возрастало ещё больше: на четыре танковых батальона приходилось восемь мотострелковых, шесть мотопехотных и три мотоциклетно-стрелковых батальона. Если учесть, что все последние были разновидностью пехотного батальона и незначительно различались между собой организацией и способом транспортировки личного состава, то можно считать, что в среднем на четыре танковых батальона в моторизованном корпусе Вермахта приходилось 17 пехотных.
И ведь это была не обычная пехота! Дело не в том, что она была моторизована — в конце концов, для этого простую пехоту достаточно посадить на автомобили. Это была пехота, обученная воевать вместе с танками, понимавшая их манёвр, знавшая их возможности и не боявшаяся танков. В первую очередь — своих собственных. Совершенно очевидно, что обучить подобным образом всю пехоту вообще практически невозможно, даже в мирное время. То же самое справедливо и для артиллерии. Никакая приданная танковой части пехота и артиллерия не смогут эффективно взаимодействовать с танками на поле боя без предварительной подготовки. А ведь именно от обученной взаимодействию с танками пехоты и артиллерии зависит успех танковых подразделений в бою. Если, конечно, отойти от достаточно распространённого представления о танковом соединении, как о безудержно несущейся вперёд массе танков.
