Бронеколонну остановили, не доезжая до того самого магазина «1000 мелочей». Оборону здесь держали те самые «Железные каски», как прозвали мобилизованных из-за их еще советской экипировки. Основу вооружения немолодых в основном солдат составляли не только автоматы, но и самозарядные карабины Симонова СКС образца 1944 года. А у некоторых и вовсе – древние «Мосинки», с которыми еще в Первую мировую войну в атаку за царя-батюшку ходили!.. Конечно, в умелых руках в городском бою и карабин СКС – весьма эффективен. Но ключевое слово здесь: «в умелых руках». А набранные по мобилизации как раз особой выучкой, боевым опытом и физическими кондициями, мягко говоря, не отличались. Хотя свое неофициальное название – «Железные каски» – они приняли даже с каким-то особым шиком. Типа, отчаянные ребята – терять нечего…
Командиром у них был отставной советский офицер возрастом примерно под полтинник. Но выправку и живость сохранил. Как говорится, «главное ребята – сердцем не стареть».
«Сталевар» – такой у него позывной, довольно грамотно обрисовал ситуацию, пока прибывшие на БМП-2 быстро разгружали боекомплект и тащили на броню раненых на носилках. Свой штаб он разместил в подвале одного из уцелевших жилых домов. Наверху в давно брошенных квартирах комбат «Железных касок» оборудовал огневые точки и наблюдательные посты.
Ситуация успела поменяться: украинские националисты откатились по проспекту Нахимова вниз – на Приморский район, где они еще контролировали ситуацию. Ожесточенные бои продолжались за универмаг в центре Мариуполя и в районе подорванного нацистами драмтеатра. А здесь действовали разрозненные маневренные группы гранатометчиков и пулеметчиков «Азова».
Основные силы националистов отошли вниз – в Приморский район, в окрестности порта, заняли территорию военного городка пограничников и частную застройку у моря. До войны она считалась в городе элитной, а сейчас стала ареной ожесточенных боёв и обстрелов.
Загрузив раненых и оставив боекомплект и пополнение, все четыре БМП-2 ушли обратно. А два танка капитана Чернова остались. Артем уточнил диспозицию у «Сталевара».
– Впереди и с трех сторон – «укропы». За площадью Ленина справа стоит корпус Мариупольского гуманитарного университета, а налево уходит улица вниз – в Приморский район. На спуске эти пи…ары поставили «зушку» и пулеметы и отстреливают всех: и «мирняк», и военных. Там нам не пробиться.
– Ну, это пока нас не было!.. – улыбнулся Чернов.
– Командир! Командир! Наблюдатель докладывает: нацики жилой дом танком «складывают», – прибежал к командиру один из солдат.
– Вот б…ди бандеровские! И подойти мы к ним не можем.
– Зато я своим танком – смогу! Рисуй, как проехать, «Сталевар», и побыстрее…
Закопченный, с оборванными фальшбортами и свисающими с них «кубиками» динамической защиты украинский Т-64БВ с характерным завыванием двигателя въехал во двор пятиэтажки. А на улице через проезд остановился бронетранспортер БТР-4Е «Буцефал».
Мирные жители, которые вышли из подвалов и пытались на кострах в закопченной посуде приготовить хоть какую-то еду, со страхом и недоумением глядели на бронированного монстра. Над приплюснутой башней с углом поставленными в лобовой части контейнерами динамической защиты. На тонкой хворостине антенны трепыхалось желтое полотнище с черной латинской буквой N, перечеркнутой вертикальной чертой. «Волчий крюк» – немецкая руна, ставшая эмблемой нацистов «Азова»! Местные понимали – от этих нелюдей ничего хорошего ждать не приходится…
– А, «ждуны», б…дь! Чекаєте, коли сюди ваш «Русський мир» прыйде?! Зараз мы вам устроим Освенцим!!! – истерично заорал один из нацистов и разрядил автомат в воздух.
Пока что – в воздух… Он ударил ногой в высоком шнурованном ботинке по стоящей на костре закопченной кастрюле. В ней мать двоих детей младшего школьного возраста пыталась сварить нехитрый суп, чтобы попросту не умереть с голоду.
– Нехай вас росіяни нагодують[9], кляті «підмоскальники»!
Заголосили женщины, которых во дворе из чудом уцелевших нескольких пятиэтажек было большинство. Заплакали дети. Мирные жители потянулись обратно – в затхлую сырость и относительную безопасность подвалов. «Їх діти будуть сидіти у підвалах!» – заявил пятый президент Украины Петр Порошенко о детях Донбасса, выступая 23 октября 2014 года в Одессе[10]. Что ж, Порошенко сдержал обещание…
Тем временем заехавший во двор танк развернулся на месте, перепахав гусеницами и без того разбитый асфальт, и медленно, лениво как-то развернул ствол орудия на прямую наводку.
– Та шо ж вы делаете, нелюди?!! В подвале дома ведь женщины и дети! – попытался урезонить нацистов пожилой мужчина в серо-красной теплой спецовке «Метинвеста». Ответом ему стала короткая автоматная очередь, оборвавшая в Мариуполе еще одну жизнь мирного жителя…
