Еще в конце 1990-х – в начале нулевых годов в Харькове были разработаны проекты тяжелой БМП для городских боев на базе все того же, еще советского танка Т-64. Своеобразной изюминкой всех этих проектов стала общая компоновка «задом наперед», когда кормовая часть танкового шасси стала носом. А в корме сделали люк с аппарелью для посадки и высадки десанта. Вооружение тяжелой украинской БМПВ-64 было разным: первые машины несли в небольшой башне скорострельную 23-миллиметровую или 30-миллиметровую пушку и автоматический гранатомет с пулеметом. Более поздние модели оснащались уже дистанционным модулем с пушкой и управляемыми ракетами. Существовала даже колесная, а не гусеничная модификация такой боевой машины.
В принципе, в самой идее тяжелой БМП для городского боя не было ничего не обычного. Но вот сама реализация явно подкачала… Всего было выпущено примерно пять, может, чуть больше, экземпляров в разных модификациях. Проблема нищего украинского военпрома заключалась в том, что строили не то, что нужно, а то, что могли. С очевидными минусами.
Тем временем тяжелая украинская БМП остановилась, ее кормовая аппарель откинулась, и дюжина вооруженных до зубов спецназовцев с желтыми полосами скотча на рукавах рассеялись в развалинах. Что самое удивительное, экипаж БМПВ-64 все еще не замечал русский танк Т-90М! Опять же подвела общая неотработанность конструкции: кроме комбинированного «день – ночь» прицела боевого модуля в распоряжении экипажа для обзора оставались только триплексы. И это для машины, созданной для городского боя! Сказывалась скудость финансирования этого мертворожденного проекта…
– Наводчик, бронебойным огонь! Дистанция три сотни метров, левее пять, – дал целеуказание Чернов.
– Выстрел!
Бронебойный сердечник из карбида вольфрама пробил лоб украинской тяжелой БМП, и этот удар стал для нее фатальным. Сверхплотный «лом» пробил острую «морду» боевой машины и разворотил двигатель. До боевого отделения с экипажем и десантного отсека подкалиберный боеприпас не дошел. Но все остальное разворотил знатно! Вспыхнуло масло и топливо из разорванных трубопроводов, огонь стал пожирать украинскую «бронеподелку». И она мгновенно превратилась в бесполезную груду металлолома. А вот экипажу повезло больше – все трое смогли выбраться как раз через кормовую аппарель. Видимо, противопожарная перегородка теперь уже носового моторного отсека подарила украинским горе-танкистам несколько лишних мгновений.
Капитан Чернов наблюдал за противниками на экране панорамного прицела. Добивать он их не спешил: выжили – значит честно заслужили шанс на спасение – до следующего раза…
– «Лупануть» по ним?! – поинтересовался наводчик.
– Отставить, пусть живут.
Но судьба распорядилась иначе: вокруг уже подбитой БМПВ-64 взметнулись кустистые разрывы. Кто-то из штурмовой пехоты скорректировал огонь минометной батареи. Троих спасшихся украинских танкистов разметало и размолотило по развалинам. Собственно досталось и той группе националистов, которую успела высадить тяжелая украинская БМП.
А танк «Прорыв» продолжил прикрывать огнем своей пушки «вагнеров». Пользуясь преимуществом панорамного прицела, Т-90М действовал как «большая снайперка» – тактика была отработана капитаном Черновым даже не в Мариуполе, а еще раньше, в битве за Дебальцево зимой 2014/15 года. Тогда, правда, он воевал на обычном танке Т-72Б и о такой роскоши, как мультиспектральный прицел с обзором на 360 градусов и полным контролем управления огнем с автоматом сопровождения цели, не мог и мечтать! Тем не менее даже тогда в городских боях «большая снайперская винтовка» калибра 125 миллиметров и дальностью в четыре километра позволяла эффективно выбивать противника. Капитан Чернов захватывал цели и корректировал огонь наводчика-оператора. Не забывал он и периодически менять позицию, чтобы не попасть под «ответку» бандеровцев. В общем-то обычная рутина войны. Карусель автомата заряжания на 22 выстрела опустела сравнительно быстро, ушли даже кумулятивные снаряды.
– Я – «Черный», БК доработал, выхожу из боя, прием.
Вечером на привале после боевой работы, закусывая трофейным украинским сухпайком, танкисты и экипаж БМПТ разговорились. Обсуждали, как водится, перипетии прошедших уличных боев. Русская армия всеми силами «выгрызала» один дом по улице за другим. Темп продвижения в Артемовск снизился с сотен до десятков метров, но продолжал оставаться стабильным по направлению.
– Артем, а как ты считаешь, почему нацики бросают в бой такую экзотику, как БМПТ собственного производства «Страж» или тяжелую БМПВ-64? – поинтересовался лейтенант Середа.
– Если уж на то пошло, сливаются наши «небратья», как они сами себя назвали! – довольно категорично ответил Чернов. – Не хватает обычных линейных танков – вот и применяют своих мертворожденных «броневых Франкенштейнов».
– Так что же, не за горами времена, когда мы полностью освободим Артемовск?.. – вопросительно посмотрел на офицеров мехвод Саша Терещенко.
– «Последний бой – он трудный самый!» – слыхал… Так что расхолаживаться пока рано.
