— Отец! А как там Танния? — решился спросить я отца.
— Все хорошо, сын. Она на днях пришла в себя, и наш лекарь полностью убрал повязки с её рук и ног, — ответил он, — И ты знаешь, следов от ожогов практически нет. Только новая розовая кожа. И иероглифы на запястьях, как у нас, — восторженно продолжил он.
У меня с плеч упала огромная ноша. Наконец-то, хорошие новости.
— Отец, в одном из пророчеств, что я успел прочитать, говорилось о том, что она должна разделить свою силу дара с тем, кого полюбит, — осторожно сказал я отцу.
Он удивленно на меня посмотрел. Я достал из-за пазухи бесценный манускрипт и протянул его отцу. Тот внимательно его прочитал.
— И что ты думаешь, сын? — спросил он меня, глядя своими мудрыми глазами.
— Я не знаю….. - вздохнул я.
— Я видел, как ты нёс её на руках из Храма. Видел твой безумный взгляд, когда ты бежал к ней через огонь главного зала. Ты любишь её, сын! — утвердительно сказал отец, — И она, узнав, что ты пропал, очень переживала. Мне Мия сказала, что они вместе провели бессонную ночь, переживая за тебя, — продолжил он, — А это значит, что твои чувства взаимны, сынок.
— Отец, я пока не хочу ни на чем настаивать и торопить ее. Давай пока уберем этот свиток. Я не хочу, чтоб о нём ещё кто-то знал, — попросил я его.
— Хорошо. У нас еще много непрочитанных манускриптов. Мы начнём с них, — согласился он.
А я убрал свой свиток за пазуху. Пряча его от посторонних глаз.
Через некоторое время мы въехали в поселение. Впереди виднелся наш дворец, возвышаясь над городом. И с первыми каплями дождя мы вошли на его территорию.
Мне показалось, что на балконе третьего этажа я вижу маленькую фигурку Таннии, которая стоит на ветру, и надвигающийся ураган рвёт подол ее белого платья. А она, не испугавшись первых тяжёлых капель дождя, всматривается в наш караван, выискивая глазами кого-то. Моё сердце бешено забилось в груди, в предчувствии скорой встречи.
Глава 12. Купания в бассейне
Танния
Я бежала к себе в комнату из главного зала, сжимая свои руки в кулаки. Они продолжали дрожать, меня трясло от отвращения и страха. Меня возмутило поведение этого гаденыша, брата Волонда. Его методы меня добиться были просто примитивны. И они вывели меня из себя. Или он был так уверен в своей неотразимости? Мелкий, напыщенный маменькин сынок. Безусловно, он был красив. И возможно на здешних девиц производил впечатление. Но я девушка из другого мира и меня на эти понты не возьмешь. Хоть бы целоваться научился, а то до отвращения, только обмуслякал.
А ещё я испытала страх. Да. Настоящий животный страх. Я ещё помнила, как в Храме у Кристалла сгорала заживо. Помнила невыносимую боль и запах горелой плоти. Моей плоти! И сейчас, увидев огонь на своих ладонях, испытала настоящий ужас. Сработали инстинкты самосохранения. И я выбежала из зала, сжав кулаки и пытаясь погасить это пламя. Хотя боли и не испытывала.
Вбежав в свою комнату, я прислонилась спиной к двери и, закрыв глаза, пыталась успокоиться. Мысленно настраивая себя на позитивный настрой и выравнивая дыхание от бега. Но самовнушение как-то не очень помогало. Я боялась раскрыть ладони и увидеть огонь. Сделав несколько глубоких вдохов и выдохов, я открыла глаза и посмотрела на свои сжатые в кулаки ладони. Иероглифы перестали излучать свет, и я медленно разжала кулаки. С облегчением выдохнула, ничего не обнаружив. И тут же взвизгнула от неожиданности. У моей кровати стояла Насти и смотрела на меня. Я, схватившись от неожиданности за сердце, присела на стоявшее рядом кресло.
— Ааааа….. Б…Твою ж мать…….- начала я заикаться, — Насти! Ну разве можно так пугать!
— Танния, извини. Я прибиралась в комнате. Тут ты влетела, как будто за тобой гнались. Я не успела ничего сказать, — оправдывалась она, с изумлением меня рассматривая. И, наверное, было на что посмотреть.
Я подошла к зеркалу. Из него на меня смотрела испуганная девушка, с взлохмаченными волосами. Как будто она участвовала в драке.
— Тебя кто-то обидел? — спросила Насти.
— Не успел, — задумчиво сказала я, разглядывая себя в зеркале.
— Кто не успел? — поинтересовалась она.
Эх, не хватает сейчас моих подруг. Хоть бы коньячку, для успокоения.
— Да, Орин, гаденыш, пытался поцеловать, — сказала я, не вдаваясь в подробности.
— Орин? — спросила она восторженно, — И тебе не понравилось?
Я поняла, что переубеждать её бессмысленно. Жаль девушку, испортит её этот ловелас смазливый.
— А тебе нравится? — осторожно начала я.
Она как-то сразу сникла. И, вздохнув, выдала:
— Да. Он даже не смотрит на девушек из поселения. Ему городскую надо.
— А далеко город? — спросила я, чтобы перевести тему.
Мне правда было интересно, как тут устроено всё. И показаться не из этого мира, я уже не боялась. Понимая, что Жрецы Храма воды жили уединенно, и все об этом знали. А я, как бывшая Жрица воды, нигде не была.
— Город в нескольких километрах за поселением. На большой земле, начинается на краю пустыни. Там много городов, есть леса, зелёные поля, реки, озера, — Восторженно говорила она, глаза ее загорелись, и было видно, как её туда тянет.
