Танцевальный зал мертвых
Тони Хиллерман
Третий роман из серии Лиафорн и Чи.
Лауреат премии Эдгара 1973 года
Примечание автора
В этой книге обстановка подлинная. Деревня Зуни, ландшафт резервации Зуни и прилегающая резервация Рамах Навахо точно изображены в меру моих способностей. Персонажи чисто вымышленные. Читатель воспринимает религию шалако так, как это может видеть навахо, интересующийся этнологией. Это не претендует на то, чтобы быть чем-то большим.
-------------------------------------------------- ------------------------------
Первая глава.
Содержание - Далее
Воскресенье, 30 ноября, 17:18.
ШУЛАВИТСИ, Маленький Бог Огня, член Совета Богов и заместитель Солнца, приклеил свои кроссовки к ногам. Он намотал ленту, как учил его тренер, туго на свод стопы. И теперь шипы, вонзившиеся в утрамбованную землю овечьей тропы, казались его частью. Он бежал с совершенно обусловленной грацией, его тело было движущейся машиной, его ум был отстранен, занимаясь другими делами. Прямо впереди, там, где тропа спускалась по склону холма, он останавливался - как всегда делал - и проверял свое время и позволял себе четыре минуты отдыха. Теперь он знал с ликующей уверенностью, что будет готов. Его легкие расширились, мышцы ног напряглись. За два дня, когда он привел Лонгхорна и Совет из родовой деревни в Зуньи, усталость не заставила бы его забыть слова великого песнопения или сделать какие-либо ошибки в ритуальном танце. А когда придет Шалако, он будет готов танцевать всю ночь без ошибок. Саламобии никогда не придется его наказывать. Он вспомнил год, когда ему было девять лет, когда Ху-ту-ту наткнулся на дамбу над Зуньи Уош, и саламобия ударили его своими палочками юкки, и все засмеялись. Даже навахо смеялись, и они очень мало смеялись над Шалако. Они не будут смеяться над ним.
Бог Огня наполовину упал на выступ скалы, который был его обычным местом отдыха. Он быстро взглянул на часы. Он использовал одиннадцать минут и четырнадцать секунд на этом круге, сократив на одиннадцать секунд свое вчерашнее время. Эта мысль доставила ему удовлетворение, но быстро исчезла. Он сидел на выступе, стройный мальчик с черными волосами, влажно падающими на лоб, массировал ноги через хлопок своих спортивных штанов. Воспоминание о смеющихся навахо обратило его мысли к Джорджу Кривоногу. Он осторожно подошел к этим мыслям, стараясь избежать гнева. Этого всегда следовало избегать, но теперь это было строго табу. Коемши появились в деревне два дня назад, объявив на каждой из четырех площадей Зуньи, что через восемь дней Шалако придут из Танцевального Зала Мертвых, чтобы навестить своих людей и благословить их. Сейчас не время для гневных мыслей. Кривоногий был его другом, но Кривоног был сумасшедшим. И у него были причины сердиться на него, если сезон не запрещал этого. Джордж задал слишком много вопросов, и, поскольку Джордж был другом, он дал больше ответов, чем должен был дать. Как бы сильно он ни хотел быть зуни, присоединиться к собственному клану барсуков Бога Огня, Джордж все равно оставался навахо. Он не был посвящен, не чувствовал, как темнота маски скользит по его голове, и не видел глазами духа качина.
И поэтому были вещи, о которых Джорджу не разрешалось знать, и некоторые из этих вещей, мрачно подумал Бог Огня, он мог бы сказать Джорджу. Отец Инглес так не думал, но отец Инглес был белым человеком.
Позади него, над стеной холма из красного песчаника, на юг, в сторону Мексики, тянулся небесный пейзаж из перистых перистых облаков. К западу, над Раскрашенной пустыней, они были залиты сиянием заката. К северу этот отраженный свет окрасил скалы Зуньи-Бютес нежной розой. Далеко под ним, в тени холма, в кемпинге, рядом с местом раскопок антрополога, зажегся свет. «Тед Исаакс готовит ужин, - подумал Бог Огня. И еще об этом нельзя было думать, чтобы не злиться на Джорджа. Идея Джорджа заключалась в том, чтобы посмотреть, удастся ли им найти некоторые из вещей, сделанных стариками, в коробке Доктора с чипами, бусами и наконечниками стрел. Джордж сказал, что он воспользуется этим в качестве охотничьего фетиша. Может, сделаю для них обоих. Доктор был в ярости, и теперь Айзекс не позволял никому больше приходить посмотреть, как он работает. Сумасшедший Джордж.
Бог Огня потер ноги, чувствуя напряжение в мышцах бедер, когда ветер осушал пот. Еще через семнадцать секунд он снова побежит, преодолеет последнюю милю по склону горы к месту, где Джордж будет ждать со своим велосипедом. Затем он шел домой и делал уроки.