Мэй Лин склонила голову, ее длинные черные волосы мягко скользнули по плечу.
— Тогда ты узнаешь, почему Тайную канцелярию боятся даже драконорожденные.— После этих слов, мне почему-то резко расхотелось проверять насколько далеко я могу зайти. Резкое движение ножа и на бледно-зеленом нефрите растеклась капля крови, которая тут же впиталась.
— Есть еще кое-что важное. Лотосы должны были меня доставить в опиумную курильню на третьем уровне подвалов старого павильона в районе Семи мостов.
— Значит у нас есть целых три дня, чтобы подготовить хорошую ловушку. Ты начинаешь оправдывать трату моего времени.
— Тогда я хочу выйти из долгов. Драконорожденного по приказу которого был захвачен особняк зовут Лиан Жуй. — И тут я впервые увидел как эта красивая девушка вышла из себя. Ее лицо исказила гримаса ярости и гнева. Но уже в следующий момент она пришла в себя и негромко сказала:
— Если мы сумеем его захватить или уничтожить с твоей помощью, я буду писать рекомендацию, чтобы ты получил статус свободного агента. — Я едва слышно присвистнул. Да это конечно не свобода, но то ее максимальное подобие, на которое способна тайная канцелярия.
Я возвращался домой, чувствуя, как напряжение не уходит, а только нарастает. Тени улиц скользили за мной, ветер проносился по крышам, унося в темноту чьи-то шепоты. Нижний город жил своей ночной жизнью: где-то хрипло смеялись пьяницы, кто-то быстро шагал по камням, надеясь добраться до дома прежде, чем его догонят проблемы. Я шел ровным шагом, но внутри оставался настороже.
И не зря.
У самого входа в мое убежище меня ждали трое. Я узнал их сразу — личные ученики Фу Шана. В мерцающем свете фонаря их лица казались высеченными из камня. Они стояли так, чтобы отрезать мне путь назад. Уверенные, что я пойду туда, куда они скажут. Наивные.
— Фэн Лао, — заговорил один из них, широкоплечий урод с лицом, как у быка. Даже странно, что такой тупой громила был учеником у одного из самых изворотливых глав гильдии. — Старейшина вызывает тебя к себе.
Я усмехнулся, сложив руки на груди.
— Вызывает? — протянул я, качая головой. Похоже мне решили устроить проверку, чтобы понять насколько я действительно готов быть мастером. — Похоже ты неправильно понял его слова. Старейшина просит мастера-вора Фэн Лао почтить его своим визитом. Приказывать он будет тебе.
Они переглянулись, и в глазах широкоплечего мелькнул гнев. Идеально. Нет ничего лучше чем хорошая драка, чтобы выпустить пар.
— Перестань строить из себя важную птицу, крысеныш. — Один из них шагнул ко мне, но я уже видел, что он собирается сделать.
Рывок. Грубый захват за предплечье. Ошибка. Я же не мелкий лавочник, с которых он привык собирать дань.
Поворот корпуса. Идиот даже не подумал разжать хватку. И в это же мгновение его локоть оказался под моим контролем. Шаг назад и прежде чем он понял, что произошло, я дернул его вниз и в сторону. Раздался хруст — его рука сломалась, словно сухая ветка.
Рев боли ударил меня по ушам, но глупец не успел ничего сделать. Мои пальцы схватили его сальную гриву и в следующий миг у меня в руках оказался нож. Медленно, чтобы он успел все осознать я поднес клинок к его лицу.
— Дернешься, и у тебя станет на один глаз меньше, — прошептал я, глядя в расширенные от боли зрачки.
Двое других не двигались. Одно дело — напасть на меня втроем, другое — когда один уже корчится от боли, а у меня есть повод забрать его жизнь оставаясь в рамках уличных законов.
— Передайте Фу Шану, что я готов встретиться с ним, — я чуть сильнее надавил лезвием, и парень тихо заскулил. — Завтра вечером, в чайной, на территории матушки Юнь.
Похоже они все поняли и почтительно молчали. Усмехнувшись я швырнул парня в их сторону. Он рухнул на колени, стоная от боли, но не осмелился сказать хоть слово.
Любой скажет виноват сам. Поднял руку на мастера, а значит мастер в своем праве.
— И еще одно, — бросил я через плечо, прежде чем скрыться в темноте. — Если в следующий раз он захочет поговорить со мной, пусть пришлет людей поумнее.
Выкинув их из головы я шагнул домой, а ветер шептал мне на ухо «Время расправлять крылья…»
Я стоял на вершине башни, выше всех крыш Облачного города. Подо мной раскинулся лабиринт улиц, в которых сплетаются свет фонарей и тени переулков. Ветер несется между стенами, врывается в окна, треплет вывески, нашептывает скупые слова одиноким путникам. Здесь, наверху, он не просто гуляет — он живой. Я чувствую, как он огибает моё тело, ласково касается кожи, играючи подбрасывает полы халата.
Я слышал как он зовет меня.
Глубокий вздох и мои легкие наполняются морским воздухом. Он чистый, свежий, пропитанный солью и совсем не смердит тухлой рыбой, как это бывает в портовом квартале. Я чувствую вкус соли на губах. Ветер приносит запах воды, но это не запах спокойных волн — это запах шторма, запах надвигающейся гибели.
Что-то грядет.
