– Малышка моя! – кидаюсь обнимать свою маленькую девочку, такая она хрупкая и беззащитная. Совсем крошка. – Заболела, да?
– Мама! – тихо шепчет она.
– Где болит, моя хорошая?
– Животик бо-бо!
Трогаю лоб, она вся покрыта испариной, снова начинает плакать и кричать от боли.
– Сейчас, моя зайка. Я вызову скорую!
Набираю заветный номер, и сообщаю оператору необходимую информацию.
– Ожидайте врача. Но вызовов много, будет небыстро! – бесстрастно сообщает оператор.
– Мам! Дай сет! – просит Тая, слегка приподнимая голову. Русые волосы спутались, у висков слегка завиваясь в кудряшки. Почему-то думаю о том, что нужно ее переплести, перед приездом врача.
Сет – это свет, фонарик, который для нее притащила Сарвинисо сегодня утром. Девочка была просто в восторге от лазерной указки.
– Сейчас, моя хорошая!
Я принимаюсь искать его, но он как сквозь землю провалился. Встаю на колени, и заглядываю под диван.
– Нашла! Сейчас!
Протягиваю руку и достаю, пытаюсь включить, но он не включается.
– Батарейки, что ли сели?
Раскручиваю металлический корпус, и обнаруживаю, что одной не хватает.
– Тая. Ты не видела такую батарейку? – по спине пробегает противный холодок.
– Да. Фета!
– Какая конфета?! Это нельзя есть!
– Дай! – кричит Тая, и вновь срывается на плач.
Деревянными пальцами я набираю номер няни, шаря руками под диваном.
– Сарвинисо. Тая играла с фонариком? – кричу я.
– Да. Играла. Раскручивала и закручивала обратно.
– Там не хватает батарейки. Где она? – я уже еле соображаю, сползая на пол.
– Я не знаю! – испуганно шелестит няня. – Не видела!
– Во сколько она играла с ним?
– Утром еще. До дневного сна. Да, утром.
Боже! Это же десять часов прошло!
Принимаю душ, и расстилаю кровать. Сегодня я впервые ночую в новой квартире. Найти ее мне помог риелтор, которого посоветовал Степа, за что я презентовал ему бутылку дорогущего вискаря. Также Степан был моими глазами при приемке столичного жилья.
Двести квадратов, двухуровневая. С огромной детской, просторной гостиной и кухней, напичканной по последнему слову техники и панорамными окнами. Ремонт закончили на днях, вчера клининг навел чистоту. Я планировал привезти сегодня сюда моих девочек, но Саша встала в позу.
В очередной раз с удовольствием смотрю на свидетельство о расторжении брака и штамп в паспорте. Свобода! Даже не верится. Она пьянит и дурманит.
Я официально перебрался в Москву. Сдал все дела и сжег мосты. Разумеется, со своими друзьями я на связи. По работе они часто бывают в столице, так что, скучать по ним точно не придется.
Интерьер выполнен в классическом стиле. Крашеные стены и молдинги на стенах. Ничего вычурного, все прилично и красиво. В моей квартире Саше нравилось, поэтому, я не стал выдумывать велосипед и сделал максимально похоже. Если Киса захочет, мы все переделаем без проблем. Но думаю, ей понравится. На втором уровне три спальни. Одна из них официально для Саши. Но я надеюсь, что ночевать мы будем вместе с семейной. Здесь большая гардеробная, огромная кровать и даже есть туалетный столик, большой санузел с ванной. Дизайнер сказала, что столик обязательно нужен, я не стал спорить. Проект и ремонт сделали в рекордные сроки. За это я отдельно люблю Москву. Любой каприз за ваши деньги.
Голос футбольного комментатора прерывает телефонный звонок. Киса. Сама звонит. Впервые!
– Да, Саш! – улыбаюсь я. Так приятно это, черт возьми.
– Егор. Ты же в Москве? – слышу я взволнованный голос, и плач дочки на заднем фоне.
– Да. Что случилось? – резко сажусь я на кровати. От расслабления не остается и следа.
– Извини, что отвлекаю так поздно. Похоже, Тая проглотила батарейку от фонарика. Я не знаю точно, сколько прошло времени. Няня ничего толком не может сказать, но, скорее всего, это случилось еще утром! – судорожно всхлипывает Саша. – Она плачет очень, жалуется на животик.
– Скорую вызвала?
– Да. Сразу же! Но оператор сказала, что долго ждать. Я могу вызвать платную, если тебе некогда.
– Собирайтесь! Живо! Я сейчас приеду!
Не помню, как влетаю в джинсы и срываю с вешалки первую попавшуюся футболку. Пока спускаюсь на лифте в паркинг, гуглю ближайший приемный покой.
Я учел расположение ее квартиры, и новую приобрел в этом же районе, по вечерней Москве долетаю в считанные минуты. Паровозиком проезжаю за соседской машиной, и паркуюсь в кармане. Вычисляю подъезд и звоню в домофон.
Консьержка отсутствует на своем месте, и я добираюсь до лифта, машинально отмечая то, что дом относительно неплохой и новый. Саша встречает меня в прихожей. Бледная и потерянная, на ней надет спортивный костюм, длинные волосы забраны в хвост, что делает ее похожей на школьницу.
– Егор! Ты приехал! – выдыхает она, шмыгая носом.
– Где малышка?
– Она на диване. Уснула, пока я ее одевала. Мне так страшно!
– Все будет хорошо! Я уже забил в навигаторе приемный покой, документы взяла?
– Да!
Я подхватываю дочку на руки, она легкая, как пушинка. Личико опухло от слез, алый рот слегка приоткрыт.
– Сейчас, моя хорошая! – приговариваю я. – Покажем тебя врачу, ты обязательно поправишься!