Черт бы побрал этого самоуверенного ублюдка. После его ухода я начинаю взглядом изучать потолок, попутно размышляя, во что же вляпалась на этот раз. Я продолжаю раздумывать над всевозможными вариантами развития событий, пока меня не начинает раздражать собственная неуверенность. Я решила больше не избегать наших отношений, когда прошлой ночью забралась с ним на заднее сидение машины. И к черту всю мою сегодняшнюю нерешительность. Если мы собираемся построить крепкие отношения, то я не могу сдаться при первом же препятствии на нашем пути.
Найдя на полу сброшенную рубашку Рансома, я надеваю ее и застегиваю на несколько пуговиц, чтобы принять презентабельный вид, а затем собираю свою одежду. Я планирую быстро принять душ и позавтракать.
Невероятный запах жаренного бекона ударяет мне в нос, как только я выхожу из комнаты. Но, несмотря на урчание моего голодного желудка, я направляюсь в противоположную сторону.
Дверь второй спальни в конце коридора все еще закрыта, наверное, сосед Рансома спит, что вполне логично. Он пришел очень поздно прошлой ночью. Я гадаю, кем он приходится Рансому. Может быть, другом или членом семьи. А, может, это его бывшая.
Эта мысль выводит меня из себя, и я отбрасываю ее прежде, чем решу пойти туда и узнать, кто же находится в комнате. Но для Рансома же будет лучше, если там не окажется его бывшей девушки. Господи, а если там Рыжая?
Хватит, мне стоит быть благоразумной и не отвлекаться на глупые мысли, а в этом сможет помочь только теплый душ.
Дверь ванной немного приоткрыта. Я толкаю ее... и с испуганным вскриком отпрыгиваю назад.
Рансом стоит возле раковины с низко обернутым вокруг бедер черным полотенцем. Несмотря на то, что он почти до полусмерти напугал меня, я быстро прихожу в себя, как только в сознании проникает образ полуголого мужчины.
Капельки воды покрывают его широкие плечи, иногда скатываясь по позвоночнику и впитываясь в мягкую ткань полотенца, что скрывает одну из моих любимых частей его тела. К моей досаде, он бреется, лишая меня возможности почувствовать, как его щетина царапает кожу при поцелуе.
Я стою в дверном проеме, когда его глаза встречаются с моими в отражении зеркала. Бритва останавливается на середине движения, и на его подбородке появляется небольшая темно-красная бусина, которая набухает и начинает бежать тонким ручейком вниз по шее.
Он медленно опускает руку, едва не уронив при этом бритву.
— Что ты здесь делаешь?
Его тон резкий и командующий, а в черных глазах застыло опасное выражение, я испытываю шок от столь резкой перемены его настроения, и моя голова запрокидывается назад.
— Прости. Я собиралась быстро принять душ. Не думала, что ты будешь против.
Мой голос тих и полон сомнений. Я не понимаю, почему он мной недоволен. Неужели я нарушила какие-то невидимые границы?
— Я думала, ты готовишь завтрак, — оправдываюсь я, указывая большим пальцем через плечо.
Его глаза еще больше сужаются, пока он продолжает сверлить меня взглядом в отражении зеркала. Он наклоняет голову, опуская бритву в мутную воду и ополаскивая ее. Затем вытаскивает вилку. Я стою на месте и наблюдаю за тем, как он заканчивает свою утреннюю рутину, аккуратно вставляя бритву в серебряный держатель и нанося бальзам после бритья со свежим запахом.
Закончив со своими делами, он разворачивается ко мне всем лицом, преодолевая два разделяющих нас шага и заполняя дверной проем своим массивным телом. Я смотрю вверх, в его черные глаза, ощущая себя маленькой и уязвимой.
Внезапно я с тревогой осознаю, что это не тот мужчина, который довел меня до оргазма этим утром и поцеловал на прощание, перед тем как пошел готовить завтрак. Мужчина, который стоит передо мной, холоден и опасен. Я чувствую себя так, будто вошла в львиное логово во время кормежки. И, будучи непрошенной гостьей, ощущаю всю беззащитность и бедственность своего положения.
Я испытывала схожие чувства, когда мы встречались в его номере в отеле.
— Что случилось? Неужели я сделала что-то не так?
Он изучает меня своими идеальными глазами с выражением идеального спокойствия в них, из-за чего я чувствую себя еще более неуютно, как будто в комнате внезапно стало не хватать кислорода.
— Как ты попала в мою квартиру?
Я ошарашена этим вопросом.
— Ты серьезно? — Я наклоняю голову, пытаясь найти в его взгляде хоть намек на поддразнивание, но он кажется полностью равнодушным. — Это ты привел меня сюда вчера ночью. Я спала в твоей кровати. — Снова ноль реакции. Словно я упираюсь в глухую стену. — Ты что, упал и ударился головой об пол душевой или что-то в этом роде?
Жилка на его челюсти бешено бьется.
— Или что-то в этом роде.
Придерживая полотенце одной рукой, другой он крепко хватает меня за плечо, отодвигая со своей дороги и выходя из ванной. Затем мужчина тащит меня к концу коридора, где находится большая комната, что совмещает в себе гостиную, столовую и просторную кухню.
