— Джим? — выкрикнула я, а слезы градом бежали по щекам.
Итан обнял Джима, лежащего на каменистой дорожке, а вокруг была словно резня. Итан что-то прокричал, а Джим не шевелился.
— Джим! — мой дикий вопль, был похож на вой волка в полнолуние.
Итан повернулся ко мне, а на его щеках были слезы. Энди выпустил меня из рук, а я побежала к Нему. От увиденного свалилась рядом. Кровь слишком много крови. Я даже не могла смотреть на лицо Джима: безмолвное, бледное.
И во мне будто что-то сломалось. Тепло сменилось холодом, а мягкость на колючесть. У меня свело скулы от злости. А спину закололо от ярости, которая подступила к горлу. Я вцепилась в его пальто мертвой хваткой.
Джима вырвали из моих рук, утащив в машину. Половина «армии» рванули в соседский поселок. Итан уже обзванивал кого-то, а я стояла посреди двора, который слишком быстро стал пустым, и даже не смогла пошевелиться.
— Анна ты как? — тихо спросил Итан.
— Как ты это допустил? — процедила я сквозь зубы, не смотря на него.
— Я выясняю, откуда они узнали об этом месте. Черт, Анна, он просил передать тебе, что он искупил свои грехи, — протараторил Итан, а я так и стояла посреди двора. Мне казалось, что я даже не дышу.
— Кто? Ты узнал кто? — пошевелив желваками, прорычала я.
— Узнал, — отчеканил Итан, а я резко повернула к нему голову.
— Я хочу его голову. Выпотрошу, как поросенка, — сиплым голос сказала я, а Итан поджимал губы.
— Это она, Анна.
Я медленно закрыла глаза и тяжело выдохнула.
— Нужно было прибить её ещё тогда, — мне казалось, что я даже говорю голосом Джима: холодным, опасным, убийственным. — Куда его повезли?
— В поселке мы оборудовали некий госпиталь, — тяжелым голосом сказал Итан, — На всякий случай.
— Поехали. По дороге всё обсудим, — буркнула я, а сердце выбивало тяжелые удары.
— Что обсудим? — плелся за мной следом Итан, когда я шла к машине.
— Смену власти и смерть Софии Уотсон. Она ещё не знает с кем связалась, дрянь. Я хуже Беса, я буду для нее Дьяволом.
Смотря вслед уходящей Анне на очередную прогулку, не мог найти себе места. Я понимал, что это возможно последний раз, когда я видел её.
Я вернулся в дом, где Итан уже обзванивал всех.
— Ну и? — буркнул я, взяв оружие в руку.
— Она на месте. Энди с ней. Нужно было увезти её, Джим, — серьёзно сказал Итан.
— И как ты это представляешь? Анна, пожалуйста, сядь в машину и уезжай, потому что те, кто хотят нас устранить уже близко? Конечно, она так взяла и послушала, — фыркнул я, а Итан поджал губы.
— Мы готовы к встрече.
Всё началось слишком быстро. Поначалу без шума, по-тихому, а потом просто началась бойня. Итан не соврал это была чертова армия. Но моя была больше. Они не ожидали, что я стяну сюда половину своих людей.
Выстрелы. Я был уверен, что она слышала, и уже бежит сюда. Моя воительница, которая сотрет всех в порошок в порыве злости.
Итан окликнул меня, сообщив, что все чисто, но как он ошибался.
— Эй, Бес! Тебе «привет» от Софии! — рявкнул голос позади, и я даже повернуться не успел как пуля пронзила тело, а дальше агония, разрывающая боль тело.
Снова выстрел и стрелок падает, и я вместе с ним. Итан подбегает ко мне, а на лице ужас.
— Ты вовремя, друг, — прохрипел я, а Итан надавил, куда-то в область живота и меня скрутило от боли. Во рту привкус металла отдавался четко.
— Молчи не говори. Только хуже делаешь, — шикнул Итан.
— Итан, скажи ей, что я искупил свои грехи. Не забудь, — давясь кровью, пробормотал я, а он лишь шикал.
— Сюда! Живо! — заорал Итан, а я смог увидеть лишь залетевшую во двор Анну, а на её лице ужас.
Я даже слова не успел вымолвить, как меня накрыла темнота. Так вот какая цена… жизни…
Жизнь. Что такое жизнь и когда ты начинаешь ценить её? Жизнь — это когда тебе есть за что бороться, кого-то любить, кому-то дарить тепло. А ценить ты её начинаешь, когда твоя «жизнь» уходит. Уходит так быстро, что ты даже не успеваешь вдохнуть. Даже наполнить полностью легкие.
Я был бы идиотом, если бы не признал свои ошибки перед Анной. Я виноват. Очень виноват, ошибся, облажался. Пытался её забыть, не вспоминать, но не смог. Я всё куда-то спешил, торопил события, не разобравшись с тем, что нам мешало. Я цеплялся за неё как за якорь, держался за неё, чтобы не увязнуть в своем болоте. И вечно оглядывался назад. Оглядывался и вспоминал её в первый день. Её презрительный взгляд, танец на сцене, дрожащие руки, которые затягивали ниткой кожу на плече, злость, смех, взгляд, когда она решила что я ей изменил и её взгляд, когда она сказала «да» и поклялась что смерть не разлучит нас. Но мы не могли обмануть именно её.
Я так сильно хотел именно её, что завлек её в свой мир, в свой личный ад. Какой я дурак... что разрушил её жизнь. До сих пор думал о том, что нужно отпустить, но в то же время не мог этого сделать, застрял посередине. Не мог простить себя, что не ушел в ту ночь с концами, не мог простить, что приехал к ней на следующий день. Я не могу двигаться вперед без неё.
