Когда через три года Чин доложил на международном симпозиуме ученых - демографов о том, что в России резко возросло количество браков, разводы единичные, в основном, по объективным причинам, в каждой семье двое и больше детей, и это без особой поддержки государства, не все поверили. Злые языки утверждали, что в стране запрет на информацию, нет интернета, фильмы в кинотеатрах меняются раз в неделю, а то и в месяц.
Нет доступа к информации и к достижениям культуры, поэтому и рожают, - подал реплику с места профессор из Австралии, - чем-то надо заняться.
Чин только усмехался. Интернет, кино, книги - все есть, но не мешает детей рожать.
- Как же вы этого добились, - спросил профессор из Германии.
- Простым способом, воспользовались возможностями общественной собственности, способствующей развитию чувства коллективизма.
Из зала донесся хохот:
- Коммуна и общие жены.
- Зачем общие? - удивился Чин. - Есть желание жить вместе, вот и живут.
- А как живут? - вопрос из зала.
- Хорошо, - ответил Чин, - счастливыми себя не чувствуют меньше одного процента трудоспособного населения. Мы с вами два разных мира. Чтобы нас понять, приезжайте, все покажем и расскажем.
***
Джордж - журналист - международник перед поездкой насмотрелся рекламных роликов, обещающих незабываемый отдых в счастливой стране сбывшихся надежд. Но ехал он не на отдых. Хотел собственными глазами увидеть и почувствовать на себе русское чудо.
Когда прилетел в эту страну с росистым названием, в ожидании тихих вечеров и заунывного пения где-то там, вдали, как обещала реклама, то сильно удивился обхождению на таможне. К нему подошла женщина в форме, полноватая, с круглым симпатичным лицом и отсутствием косметики, обняла и, покачиваясь в такт только ей слышной музыки, сказала:
- Здравствуйте, желаю, чтобы вам было хорошо с нами, как нам с вами.
Потом это повторялось много раз: в транспорте, на улицах, в общественных местах. Только слово "хорошо" заменялось на "прекрасно, весело, радостно, приемного спилкування, любви и счастья".
Он должен был написать серию статей. Но как писать, если все непонятно? Нашелся журналист, популярный в стране Иван Березкин, который стал его гидом.
- Россия тупиковая страна, - были уверены те, кто считал себя оппозицией. Увы, оппозицию не выбирают. Что удивительно, одно время также считали официальные лица: первые, вторые, вплоть до последнего бомжа. Хор: Россия - тупиковая страна. Никто никого не слышал, но хором повторяли одно и то же. И что делать? - Иван в упор посмотрел на Джорджа.
Журналист пожал плечами:
- Наверное, валить из страны.
- Само собой свалили, туда, где теплее и сытнее. Но кто-то остался. Представь, что живешь в окружении тех, кто тебя не уважает. Никто никого не уважает: в школе, дома, в больнице, в супермаркете, на рынке и прочее. Мы начали с малого, с того, что окружает. Отреставрировали кое-где сохранившееся непритязательное наследие прошлого: балкончики, верандочки, пристройки, беседки, скамейки. Построили еще. Убрали все заборы. Тележурналисты постарались с позитивом: чаще употребляли слова по ассоциации с весельем. Не прямо, а чтобы подразумевалось. Стали популярными у молодежи парные виды спорта, когда на одной доске, санках и прочее. Мужская пара? Ну, и что? Главное, вместе, главное, чтобы привыкали быть вдвоем. Наш гений, в народе его называют Головой, предложил обязательное ношение на улицах скороходов. Особая обувь с программным управлением. Чтобы приучить, особенно тех, кто в детородном возрасте, танцевать парами. Потом начался второй этап: изменения грамматики. Мы запретили именительный падеж.
- Что!? - удивился Джордж, почти в совершенстве владевший русским языком.
- Не полностью, конечно, но по возможности стараться заменить другими падежами, чтобы в будущем покончить с ним. Главным должен стать творительный падеж. Истина познается во взаимодействии. Не кто и что, а с кем, в конечном счете, со всеми. Вместе, в истинном смысле вместе.
- А, понял. Против кого дружить будем.
- Нет, не понял, - вздохнул Иван, - если против, как вместе танцевать? Обнимая, танцуя парами, меняем мир. В счастливом человеке нет стремления к одиночеству, ему хочется плодиться и умножать себе подобных. Попробуй опровергнуть, не получится. Путь в светлое будущее с наивной, простой и абсолютной истиной оказался самым правильным.
- Ладно, я понял. В именительном падеже оценивают: плохой-хороший человек. Но ведь можно сказать в творительном падеже: с тобой, дураком, каши не сваришь, - не соглашался Джордж.
- Можно. А зачем?
- Но ведь есть прекрасные слова: любовь, мир, красота.
- Абсолюты, не наполненные конкретным содержанием, от комплексов. Если человек презирает свое тело, убегает от своих насущных потребностей, то погружается в мир абстракций.
- Но в том, что человек способен к абстракциям, и есть доказательство бытия бога, - протестовал Джордж.
